От неожиданности Роберт покраснел, замолк и окончательно стушевался. К счастью, помощь поспешила извне. Из громкоговорителей послышалось «минутная готовность» и кругом все оживились. Роберт как-то глупо улыбнулся Виктории и, чтобы скрыть свое неловкое положение, воспользовавшись всеобщим оживлением, быстро поднял бинокль к глазам и начал высматривать ракету, вокруг которой поднималось легкое облако пара.
— Ну, сейчас пойдет! — громко проговорил Дмитрий. Он снова открыл флягу и сделал большой глоток.
— Двадцать пять секунд, — проговорила Дженни, которую папа поднял еще выше.
Наступила тишина. В эти несколько секунд до старта, казалось, все замерло. Больше не было слышно ни громких голосов, ни смеха. Казалось, даже птицы, щебетавшие и заливавшиеся до этого в кронах деревьев, тоже замолкли, предчувствуя что-то тревожное, что-то, что вот-вот должно было произойти.
— Десять секунд, девять, восемь… — слышался монотонный голос из громкоговорителей. Все, кто был на площадке, все до одного замерли в одной и той же позе — вытянувшись, с обращенными в напряжении лицами туда, где, уже в заметном облаке, возвышалась большой, обращенной в небо стрелой, ракета.
— Пять, четыре, три, два, один… и, наконец, долгожданное:
— Подъем!
Облако дыма вмиг окутало ракету. Не стало видно ни технологических башен, ни стартового комплекса. Пламя вырывались из сопел на сотни метров в разные стороны. Но кругом по-прежнему была полнейшая тишина: ни шепота людей, ни пения птиц, ни гула двигателей. Затаив дыхание все смотрели на то, как ракета, силой миллионов лошадиных сил преодолевающая притяжение Земли, медленно, в облаке дыма и пара, как отъезжающий от вокзала старый паровоз, медленно разгоняясь, начала подниматься в небо. Пламя стало еще сильнее, оно жгло все вокруг, отбрасывая языки и дым в разные стороны; казалось, жар пламени можно было чувствовать и здесь, за несколько километров до стартовой площадки. Еще несколько секунд тишины и вдруг… гром. Будто где-то над самым ухом разразилась гроза. Десятки птиц в миг взлетели в воздух и начали в панике кружить вокруг не понимая, что происходит и что за гигантская огненная птица, шипящая и рокочущая, взлетает в небо вдалеке.
Несколько секунд, полет нормальный. Несколько секунд ракета, набирая скорость, поднималась вверх. В нескольких сотнях метров от земли, сильный поток ветра слегка сдвинул ее на бок, но сработали уже ориентированные на звезды стабилизаторы, и ракета вмиг приняла прежнее положение.
— Пошла, пошла красавица, твою мать! — забывшись, уже не прячась и допивая остатки содержимого фляги, почти кричал Дмитрий.
— Мама, мама! — в восторге кричала Дженни, махая рукой ракете вслед.
Роберт снова поднес к глазам бинокль. При увеличении можно было разглядеть диски маха в изрыгаемом соплами пламени и яркую красную надпись «Союз» и какие-то еще буквы. Еще несколько секунд, и ракета поднялась выше пушистых облаков, рокот ее стал тише и снова вокруг послышались людские голоса. На мгновение Роберт отнял бинокль от глаз, чтобы бросить быстрый взгляд на стоявшую рядом Викторию. Но ее уже рядом не было. В каком-то странном позыве не то любопытства, не то какого-то другого чувства, он повернулся и увидел ее тонкую стройную фигуру, уходившую быстрой походкой куда-то прочь. Видимо все это интересовало ее куда меньше, чем всех остальных.
— Смотри, смотри! — толкнул его в бок Дмитрий, — тыкая пальцем в небо.
— Что? — Роберт быстро взглянул вверх. Он увидел несколько точек, отлетевших от ракеты. На мгновение ему показалось, что что-то пошло не так, что что-то случилось с ракетой, и она начала разваливаться… Но снова послышался голос Дмитрия:
— Отделились первые ступени! — почти крикнул он ему в ухо, хотя нужды в этом уже не было, шум от ракеты почти затих и голоса людей, их смех, даже чьи-то хлопки были слышны гораздо сильнее. — Видишь, легла уже на курс, через несколько минут они уже будут в невесомости и выйдут на орбиту!
— Да… это хорошо! — проговорил Роберт. Он снова повернулся, чтобы бросить последний взгляд на Викторию, но той уже нигде не было видно. Из его жизни она исчезла так же быстро, как и появилась.
Еще несколько минут народ оставался на площадке, с поднятыми вверх головами наблюдая за тем, как уходила в бесконечную синеву уменьшавшаяся яркая точка. Снова что-то отделилось от ракеты. «Вторая ступень пошла!» — снова закричал рядом Дмитрий. Еще через пару минут ракета полностью растворилась в бескрайней синеве неба и лишь тонкая белая полоса, прочерченная по небу, напоминала всем о том, что совсем недавно с этого космодрома, в бесконечное космическое пространство, взлетела ракета с пятью космонавтами на борту.
Через девять минут полета перегрузки исчезли почти полностью и вскоре небольшая плюшевая игрушка, называемая космонавтами «Борисом», уже не притягиваемая гравитацией Земли так, как прежде, в совершенно невозможной еще несколько минут назад манере, начала вращаться над головами.
