– Спросите об этом у нашего министра обороны. Возможно, она пока еще не доведена до ума, – с этими словами Сара смахнула со лба капельку пота. Пресс-конференция пошла по неприятному сценарию… Все-таки журналисты – сволочи, даже прикормленные. Спасла Делавер ее любимица – Нина Петрикофф из «Иммигрэнт ньюс».
– Госпожа Делавер, госпожа Делавер! Вопрос!
– Да, Нина?
– Вы сказали, что в результате отказа от этой программы высвободятся значительные средства. Куда они будут направлены?
– Отличный вопрос, Нина, спасибо! Точные цифры предстоит обсудить Сенату, если они согласятся с моим предложением, но я рекомендую увеличить расходы на образование, ведь подрастающие поколения – наше будущее! К тому же, по моим данным, в ряде штатов не хватает клиник и других институтов здравоохранения. Их число должно быть увеличено! Часть бюджета, разумеется, будет перераспределена на военные нужды.
– Как скоро эта инициатива будет рассмотрена в Конгрессе?
– Все документы уже находятся там. Думаю, в течение месяца эти поправки будут рассмотрены как Палатой представителей, так и Сенатом.
Провожая журналистов, Сандра мысленно хвалила себя. Она радовалась тому, что выполнила свое обещание и люди, которые на нее покушались, вскоре будут мертвы. Ей было глубоко наплевать на перераспределение бюджета, здравоохранение и ядерные боеголовки. Впрочем, это не совсем так. После второй встречи с удивительным мистером Вильямом она прониклась к ядерным боеголовкам странной симпатией…
В зале заседаний царила крайне напряженная обстановка. С момента австралийской катастрофы прошел месяц, но руководителям ордена удалось встретиться только сейчас: весь месяц они напряженно работали и пытались удержать на плаву мировую экономику, которая сильно пошатнулась из-за того, что целый континент выключился из финансовых потоков. После того как русские воспользовались информацией китайцев и отправили все данные в лабораторию на Шпицберген, а местные ученые оповестили мир о том, что вакцина вскоре будет готова, все акции поползли вверх, а главам банков удалось немного поспать и собраться на экстренное совещание.
Самуил сверлил глазами Жака и Эндрю. Все остальные сидели, потупившись. За окном сгущались сумерки, атмосфера была гнетущей. Иллюминаты принципиально не пользовались электрическим освещением (древние традиции), и огонь от свечей оставлял пляшущие тени на их лицах…
– Господа, давайте подведем итоги… Такого провала наше братство не знало давно. Грандмастер Осборн при смерти, и самые выдающиеся технологии продления жизни не могут ему помочь. Медики говорят, что счет идет уже не на дни – на часы. Далее – из стремления помочь ему мы выставили себя идиотами перед русскими и попутно угробили целый континент…
– Но, мастер Самуил, технически его угробили не мы…
– Не надо оперировать подобными терминами, Жак. Кому, как не тебе, должен быть известен и понятен смысл слова «ответственность»… То, что произошло, – это наша вина и наша ответственность. Мы, конечно, хотели как лучше, но получили такой удар под дых, от которого сложно будет оправиться… Далее. Ситуация с Сандрой Делавер накалилась до предела. Надеюсь, сильно надеюсь, что следы первого покушения мы замели. Но было и второе, не одобренное на совещании. Я могу быть уверен, что мы здесь ни при чем?
Все синхронно закивали головами.
– Никто из нас не пошел бы против воли ордена, – сказал за всех Жак.
– Хорошо. Надеюсь, террористов выявят и повесят на них ответственность и за первое покушение. А причина наших бед проста, друзья мои, – невесело покачал головой Самуил, – мы заигрались в богов. Будучи всего лишь людьми…
– Браво, мастер Самуил, браво! – раздался голос из-за двери. – Отличная речь!
Брови Самуила поползли вверх. Если кому-то из охранников хватило наглости подслушать их разговор… Однако это были не охранники… Дверь распахнулась от удара ноги, и в зал вошли пять человек в масках, вооруженные пистолетами с глушителями. Затем один из них снял маску, обнажив уродливый шрам на бледной щеке.
– Кто вы, черт возьми, такие?
– Кто мы, не имеет значения, – сказал человек со шрамом, – меня вы, например, можете называть мистер Вильям. Гораздо важнее, кто
– Боюсь, не совсем вас понимаю.
– Все вы прекрасно понимаете, мастер Самуил. Или мне лучше называть вас мистер Грэхем Пейдж, председатель совета директоров банка «Голдман Сакс»? Вы действительно заигрались, друзья мои. Заигрались в таинственность, во власть, вы – всего лишь группка стариков, которые думают, что управляют миром.
– Что вам надо?
