Посоветовавшись со своими военачальниками, ответственно заявляю: в случае возобновления попыток продолжить боевые действия со стороны Индии мы будем готовы к самым решительным шагам. Я рад объявить вам, дорогие подданные, о том, что мной была разработана и утверждена новая доктрина безопасности. Как вам известно, в распоряжении Исламского халифата Пакистан есть 228 ядерных боеголовок средней мощности, все эти боеголовки снабжены средствами доставки. Мы готовы использовать весь наш ядерный арсенал в качестве превентивной меры воздействия. Сейчас это лишь предупреждение. Но предупреждение серьезное. Прошел тот век, когда с нами нельзя было считаться. Сейчас мы сильны как никогда. Я знаю, что после моей речи ООН пригрозит нам санкциями, и обращаюсь к странам ООН: не я начал эту войну. Мы – мирная страна, которая не позволит жадному зубастому бенгальскому тигру вырывать из нее куски мяса. Наша территория священна. Прошу всех помнить об этом!
Генерал Касимский вошел в комнату для совещаний позже всех. В последнее время ему тяжело давалось совмещение обязанностей полномочного представителя России в ООН и руководителя девятого[87] и двенадцатого[88] управлений ГРУ. Постоянные командировки в Нью-Йорк и Брюссель выматывали. Множество раз он просил освободить его от одной из должностей, но его экспертная оценка и знания были слишком важны. Делегировать полномочия он не любил, поэтому приходилось работать по пятнадцать-шестнадцать часов в сутки (без выходных, разумеется). Политические кризисы возникали то там, то тут, и было необходимо с ними разбираться.
Нынешнее совещание было посвящено новому витку индо-пакистанского конфликта. Сначала страстную пресс-конференцию Аль-Шаттха всерьез никто не воспринял. Пакистанские вооруженные силы заметно уступали индийским, ну а в то, что халиф будет применять ядерное оружие, не верили даже самые закоренелые параноики из руководства стран ядерного клуба. Однако последние данные со спутников указывали на то, что Пакистан активизировался, причем активизировался именно в области ядерных вооруженных сил. Все пусковые шахты подверглись техобслуживанию, и даже старые, закупленные в двадцатых годах у России мобильные пусковые установки «Тополь-М» резво выкатились на учения. Это уже были не шутки. Конечно, бряцать оружием умели все, и на это часто закрывали глаза. Однако абсолютная власть (а Пакистан стал абсолютной монархией более двадцати лет назад) может привести к необдуманным шагам. У монархов часто затуманивается сознание, когда их подданные не могут им возразить. Собравшиеся в переговорной генералы искренне опасались того, что Аль-Шаттх мог почувствовать себя неуязвимым.
– Господа, – обратился ко всем генерал Марков, – буду краток. Пакистанская ситуация действует нам всем на нервы. Похоже, Аль-Шаттх решил развязать локальную ядерную войну. Нам известно, что Индия никаких провокаций на границе не допускала, следовательно, халиф пытается оправдать возможную агрессию. Двести пятьдесят ядерных боеголовок – это не шутки.
– Разве их не двести двадцать восемь? – задал вопрос один из присутствующих.
– Если быть точным, – Марков сделал неуловимое движение рукой, – их двести пятьдесят шесть. И это только те, о которых мы знаем. Может быть еще десяток тех, о которых знают только в Пакистанских ВС. Пусковой комплекс на шасси поставить – много ума не надо, особенно имея все чертежи наших старых «Тополей». Двести двадцать восемь – количество официально зарегистрированных в ООН боеголовок. Впрочем, в данной ситуации десять больше, десять меньше, разница невелика. Индии и ста за глаза хватит.
– Предложения? – подняв бровь, спросил Касимский.
– При просмотре записи выступления наши психологи обратили внимание на поведение наследного принца Сираджа, а вернее, на его невербальные знаки. Во время пламенной речи отца он слегка морщился, хотя пытался это скрыть. Проанализировав поведение Сираджа в течение всей пресс-конференции, наши специалисты пришли к выводу, что он сильно не одобряет действия Аль-Шаттха.
– Допустим, – проговорил Касимский. – Как мы собираемся это использовать?
– Если Аль-Шаттх продолжит в том же духе, думаю, имеет смысл дать дорогу молодым.
– Ты серьезно? Даже если на секунду предположить, что наши бойцы упокоят старика Аль-Шаттха и не засветятся, Сирадж естественно решит, что во всем виноваты коварные индусы. Если же наши засветятся, я даже думать не хочу, к чему все это приведет.
