Импровизированный таран ударил в ставни. В избе было не так много места, чтобы разогнаться, да и Илте с трудом удерживала немалый вес. Ставни треснули от удара, гвозди выскочили наполовину, однако все еще держались. В этот момент последовал новый удар со стороны мельницы, почти отшвырнувший стол в сторону. По комнате разлился запах — мокрых водорослей, тины и мертвой рыбы. Илта поняла, что вот-вот тварь из реки войдет сюда.
— Еще! — крикнула она, из последних сил, подхватывая топчан на плечо и разгоняясь вместе с Юрием. Топчан врезался в окно с такой силой, что Илта с Юрой выпустили его из рук. Раздался громкий треск и ставни распахнулись прямо в ночную мглу. Проржавевшие гвозди торчали из створок словно зубы большого волка.
Очередной удар отбросил в сторону стол аж до самой печи. Но Юрий уже подсаживал Илту, помогая ей выбраться в окно и сам, спешно выбираясь вслед за ней. Случайно бросив взгляд назад, Илта увидела, как к окну метнулось нечто огромное, темное, смутных меняющихся очертаний. Огромные глаза полыхали алым огнем. Куноити развернулась, выпустив в окно чуть ли не пол-обоймы, вслед за ней выстрелила и берданка Юрия. Чудовище на миг отшатнулось, но потом опять качнулось вперед. Однако Илта и Юрий уже бежали по узкой тропке меж ивовых стволов, не обращая внимания на хлещущие по лицу и рукам, гибкие ветви.
Метров через двести они выскочили на небольшую поляну, где и остановились — бег вымотал их и без того чуть не надорвавшихся на таскании топчана. Тучи на небе расступились, открывая полную луну, в бледном свете которой ивы казались чудовищнымиведьмами, тянущими лапы-ветви к беглецам.
— Оно идет за нами? — спросил Юрий, изо всех сил пытаясь отдышаться. Илта вскинула голову, прислушиваясь, потом покачала головой.
— Нет, — ответила она, — я бы почуствовала. По-моему, эта тварь не отходит далеко от воды.
— Потрясающая догадливость, Илта, — послышался от кустов насмешливый голос, — но она тебе уже не поможет. Если вода не идет к врагу народа, то враг народа пойдет к воде.
Илта и Юрий одновременно потянулись к оружию, но враг в темноте оказался быстрее, — раздался выстрел и кержак осел с простреленной головой.
— Юра! — Илта обернулась на павшего товарища.
— Брось пистолет, сука! — в голосе их тени прозвучали жесткие нотки, — быстрее, пока я не прострелил бошку и тебе.
Глаза Илты сузились, но она повиновалась — куноити находилась на виду, а врага надежно укрывала лесная тень. И надо же было им выскочить именно сюда. Медленно вытянув руку, она разжала пальцы, и маузер упал на землю.
— Что дальше, Серега, — громко сказала она, — застрелишь меня тоже? Как Матти?
— Наконец-то до тебя дошло, — раздался издевательский смех, — хотя я и не убивал финна. Он как увидел наших ребят, так и кинулся в болото. Ему стреляли вслед, попали или нет, уже не поймешь. В трясину провалился твой Матти, собаке — собачья смерть. Не таким он и опытным оказался, как хвастался, таежные топи, это ему не финские болота.
— А потом был тот спектакль у озера, — сказала Илта, — представляю твой облом.
— Хорошо еще, что ты, прежде всего финна подозревала, — усмехнулся во тьме якут, — и я вовремя смекнул, во что ты можешь поверить. Да и роль пленника я сыграл хорошо — мне по скуле съездили от души, натурально так получилось. Но, по правде сказать, я тогда здорово перетрухнул, мысль даже мелькнула там во всем и признаться. Еще после того, как тот медвежонок растерзал ребяток Кузнецова, я понял, что девка ты не простая.
— Его ведь ты на нас навел? — спросила Илта, зорко вглядываясь в мельтешащие под ивами тени. Вроде как где-то там угадывалась человеческая фигура.
— Его наведешь, — усмехнулся якут, — мне с ним удалось встретиться уже в горах только, куда он ушел со своими ребятами. Вернее с разведчиками из его отряда. Ну и договорились, что я вас выведу как раз туда, где будет засада. Там и выбора особого не было, по правде сказать, мимо бы не прошли.
— Ну и дураки были, — Илта нашла в себе силы усмехнуться, — возле медвежьей скалы свои игры устроили. Счастье твое, что «медвежий онгон» еще и тебя не пригреб. А потом ты во время своей «разведки» дошел до Таксимо, верно?
— Верно, — Илта почти видела в темноте, как кивает якут, — не совсем до Таксимо, до ближайшего поста. Там связались с кем надо, обмозговали тот спектакль. Но после того, как и он провалился, я понял, что так просто на тебя управу не найдешь. Меня старики учили — если и убьешь шаманку, потом ее дух тебя все равно со свету сживет. Вот я и придумал, как это русские говорят, «клин клином».
— И ты завел нас в избу с чертовой мельницей, — произнесла Илта, — что хоть за тварь там?
