— На колени, — нетерпеливо поясняет Кемея, — Давай сюда руки.
Я протягиваю ей свои ладони. Не знаю отчего, но рисунок на них тоже начинает светиться. Может от того, что я чувствую и страх, и гнев, и, пожалуй, даже воодушевление. Торжественная обстановка происходящего тоже дает о себе знать.
Когда наши ладони соприкасаются, мое сознание словно озаряет вспышкой. Как током ударило: вот оно, вот эта клятва. Кемея едва заметно усмехается:
— Твое имя теперь мое, Тетис Аэрия. Добро пожаловать в семью.
После этих слов она мгновенно теряет ко мне интерес и впивается взглядом в Ведо. Тот знает, что делать, и без лишних слов опускается перед ней на колени.
— Моя семья готова принять тебя. Готов ли ты принести клятву? — повторяет Кемея, протягивая к нему руки.
Народ вокруг выжидательно затихает. Ведо кивает и опускает свои ладони в ее. Оба прикрывают глаза, словно наслаждаются окружающим умиротворением. Даже океан шумит теперь тише.
От этой картины мне становится тоскливо. Одно радует — принесение клятвы длиться секунду. Так было со мной, но… проходит минута, другая, третья… А Кемея и Ведо так и не размыкают рук.
Меня накрывает тревожная тень. При чем спустя миг я осознаю, что не только в переносном смысле, но и в прямом: площадка, доселе хорошо освещенная, резко темнеет, а народ вокруг испуганно таращится наверх.
— Скорее, — еле слышно шипит Кемея, не открывая глаз, — Скорее же!
Но уже поздно. Над городом показывается черный шипастый корабль, настолько угрожающе спускающийся к океану, что кажется: это не он приближается к нам, а нас притягивает к нему.
Кто-то кричит, громко, пронзительно, и в один миг на соседних балконах воцаряется хаос: один пытаются убежать вниз, другие наоборот — стремятся наверх рассмотреть происходящее.
От корабля волнами расходится пробирающий до костей гул, заглушающий шум людской паники.
— Они пришли, — произносит Ведо.
— Не вздумай опускать руки! — чеканит Кемея.
Темный корабль скользит к городу, низко, будто стремясь подмять его под свое брюхо. Поравнявшись с башенкой здания, он выбрасывает рукав шлюза, по которому беспощадным, неумолимым строем спускаются
Саваши еще маршируют по трапу, а люди на балконах уже определились с тем, что нужно бежать. Крики становтся надрывнее.
Я тоже внутренне собираюсь, готовая к побегу. Но окружающие Кемею люди не похожи на трусов. Они слаженно рассредотачиваются по округе, обрастая защитными экранами. У мужчин в одно мгновение в каждой руке появляется по мечу. Женщины материализуют наахины.
Когда первый ряд темных воинов ступает на площадку, их есть кому встретить.
Что вам нужно? — не выходя из боевой стойки выкрикивает один из Аэрия, когда воины и големы останавливаются, пропуская вперед своего предводителя.
Им оказывается высокий, плечистый мужчина с короткой стрижкой и орлиными глазами.
— У нас приказ, — веско отвечает он, перекрикивая рокот корабля, нависшего над городом, но даже не удостаивает взглядом встреченную оборону. Воин пристально смотрит на Кемею и Ведо, мгновенно выцепив их из-за чужих спин острым взором, как главную свою добычу: — Госпожа Аэрия укрывает беглого преступника, и если мне придется отрезать ей руки, чтобы вразумить, так тому и быть.
В его руках молниеносно возникают два кинжала, которые он метко кидает в Кемею. Настолько быстро, что они минуют даже защитные барьеры семьи Аэрия.
За низким рокотом корабля проявляется свист рассекаемого воздуха. Я захлебываюсь вдохом от ужаса, ожидая, что вражеский клинок вот-вот достигнет своей цели. Каким-то чудом материализуется наахин, но в моих руках от него мало толка.
Ведо все-таки опускает руки.
Резко отталкивает Кемею, но только для того, чтобы отбить угрозу мечом. Он вскакивает на ноги и заслоняет собой девушку. Еще двое Аэрия следуют его примеру. Остальные в секунде от того, чтобы броситься на наглеца, но Кемея удерживает их громким приказом:
— Стойте! — глава семьи не показывает страха, но то, что она в гневе заметно всем без исключения, — Как вы смеете, господин Алтос, вламываться в мои владения и вести себя как последний бандит? Кто дал вам такое право?
— Меня предупреждали, что вы будете сопротивляться, госпожа Аэрия, — равнодушно отвечает предводитель савашей, игнорируя протест хозяйки дома, — Так вот, это бесполезно. Мы либо уйдем отсюда с нашей добычей, которую вы увели у нас из-под носа. И вы не будете мешать, — он многозначительно смотрит на Кемею, — а за это останетесь невредимыми. Либо мы вынесем-таки отсюда эту добычу, и вам придется составить ей компанию.
— Какая впечатляющая наглость! — с искренним восхищением выдыхает Кемея, — Алтос, признайте честно, вы ради силы редуцировали себе мозг?
