Олег выпустил рожок патронов в чёрные силуэты, приближавшиеся к нему. Под перекрёстным огнём нескольких автоматов, движимые невиданной ненавистью охотники рухнули на траву склона, моментально пропитав почву кровью, хлынувшую из развороченных туш дикарей.
Со стороны ручья по холму продолжалась стрельба из луков и ружей.
– Гранаты в низину! Закидайте этих гамадрилов! – скомандовал сержант, перезаряжая автомат. – Ватруха, к земле прижмись, мля!
Спустя мгновения один взрыв прогремел ближе к соснам в низине, а второй грохнул совсем рядом. На голову Олега прилетел песок и ошмётки дёрна.
– Путилов – на центр! Довгаль подорвался! – истошно завопил Силков.
– Есть! – рявкнул в ответ Олег. В этот момент в его левое плечо воткнулось что-то твёрдое и, как ему показалось, увесистое.
– Ааа! – вскрикнул от резкой боли солдат. Глянув на плечо, он увидел стрелу, застрявшую в его руке, чуть выше локтя. Стараясь не двигать задетой конечностью, Олег схватил правой автомат за цевьё и побежал по окопу к центральной части вершины. Пробегая мимо Семёна, он случайно пнул разбросанные по земле магазины от АК. Земляк в кого-то прицельно стрелял, ни на что не отвлекаясь. Через несколько шагов Олег нашёл Довгаля. Солдат был присыпан землёй, обвалившейся с задней стенки окопа. Путилов плюхнулся в пыль рядом с ним и начал бегло осматривать сослуживца:
– Цел? Ноги, руки чувствуешь?
Он охлопывал конечности невезучего товарища. У того на лице были растерянность и прострация. В этот момент всё начало медленно расплываться. Последнее, что заметил Путилов – запёкшаяся кровь на ушных раковинах контуженного солдата. Наступила темнота. Сквозь чёрную пелену, дурман, завладевший сознанием, Олег услышал голос капитана Петренко:
– Быстрее! Быстрее грузи их! В госпиталь едь, мля! Давай на всех парах в шестидесятку!
Потом фыркнул двигатель, Путилов почувствовал, как провалился куда-то вниз. Туда, где не слышно звуков, где нечего осознавать, где время не имеет смысла.
На крыльце серого четырёхэтажного здания стояло трое. Молодые мужчины курили и обсуждали прошедшие выходные. Поход в ночной клуб, футбольный матч, продажа авто в воскресенье – темы их разговора вряд ли могли привлечь внимание случайного прохожего. Парни ничем не выделялись: одежда и обувь с рынка, лицо без запоминающихся черт, ходовая марка сигарет – всё обыденное было для них лучшей служебной формой. Троица стояла у входа в Региональное Управление Федерального Бюро Безопасности. Эти офицеры контрразведки давно забыли, где заканчивалась маскировка и начиналась их настоящая жизнь. Даже говорили они странно для постороннего человека: негромко, не перебивая друг друга, больше прислушиваясь.
– Он точно меня спутал с кем-то, – рассказывал о пятничной тусовке тот, что стоял слева. – Уверенности у чувака на десятерых, кричит мне угрозы всякие. Ну я и предложил выйти, а пока шли на улицу, подал знак охране: «Тут буйный какой-то». Всё-таки не мальчишка я уже – кулаками размахивать. Остался он на свежем воздухе грустить по итогу. И, значит, приехал я к этому клоуну в субботу с утречка, с добытым ключом от квартиры его. Вы бы видели эту рожу! Не думал гад, что ещё и просыпаться придётся от электрошока! Поделом!
Черёд делиться историями перешёл к центральному:
– Я также однажды зацепился в баре с каким-то клоуном: не понимал человек по-хорошему – так пришлось потом бутылку коньяка выкупать, что о шальную голову этого кретина разбил. Когда я к нему в больницу пришёл в первый раз, он удивился, а когда в третий – дурачок медсестёр стал звать на помощь. Но никто не пришёл – он в тот момент уже у психиатра на учёте стал числиться. Не с тем он, ушлёпок, связался!
После секундной паузы заговорил третий, что стоял справа:
– Хм… А я квартирку присмотрел на объездной. Дома там приличные, место тихое. Решил глянуть ценник, прикинуть во что обойдётся. Не думал, что такие деньжищи отвалить нужно за уютный уголок! Но ничего, лет за 10, с «бонусами», закрыть получится…
Недалеко от входа в Управление остановилась иномарка популярного цвета. Из неё вышел подтянутый молодой человек и направился в здание. Когда он поднимался по ступеням крыльца, то кивнул курящим. Крайний левый поздоровался в ответ, центральный лишь молча проводил взглядом подъехавшего, а стоявший справа офицер ФББ сделал вид, что вовсе никого не заметил:
– Ты с ним здороваешься?
– Да, а что такого?
– А ты слышал о его прошлом?
– Нет, а что там?
– Таких паскуд ещё поискать надо! – оперативник сплюнул в сторону.
Слово взял центральный:
