— Нет, не думаю. Но и в Армении дураков нет, — скривился Савлак. — Пришлют следом второго посланника, с деньгами. Тот объявит награду, и нас красиво упакуют, сами знаете. Мы с вами сами не раз за награду беглецов ловили. Так что сваливать надо как можно быстрее. Туда, где у армян позиции послабее.
— Вот теперь ясно. Побежали в порт!
— Сиплый, не спи! Такт пропустил!
Вот не знаю я, что с этим делать! С одной стороны, всё идёт прекрасно. Обнаруженные зачатки станкостроения и машиностроения помогли улучшить установку каталитического окисления аммиака. Теперь каждый новый цикл запускался нажатием на педаль, а раскалённый катализатор вкидывался через приоткрывающееся на мгновение боковое окошечко.
Если процесс по какой-то причине «не пошёл» (а так иногда случалось), то оператор просто жал на другую педаль, после чего окошко приоткрывалось повторно. А всё остальное было автоматизировано — всасываемые порции воздуха и аммиака, скорость подачи и выдавливания прореагировавшей смеси… Да вообще всё!
Теперь вполне можно было и десять кило селитры за рабочий день получать. Вот я и решил выучить этой работе своих молодых помощников. Увы, Торопыжка начинал скучать и зевать уже на сотом цикле. Сиплый держался дольше, но до тысячи ещё ни разу не дотянул.
Эх, девчонку бы сюда, одну из подручных Софии. Но в родной промзоне все были заняты по самые брови — работа на складе, гидролиз и «кислородные бригады» не позволяли никого сюда выделить.
— Парни, давайте так. Работаете вдвоём. Сто циклов — Торопыжка, потом меняетесь. Сиплый триста циклов — и всё сначала. Вы поймите, не могу я вас подменить.
Увы, реально не мог. Родичам были нужны зеркала и крашеные ткани, вот мне и пришлось самому получать фенол и серную кислоту. Хуразданские запасы первого закончились, да и второго прислать не могли. Приходится самому всё получать.
Вроде бы и не сложно, обжиговую печь и тут поставили, благо для неё огнеупорных кирпичей не требовалось. Вот только как же я уставал, вы бы знали!
— Руса, новую порцию купороса привезли. И торф. Иди принимай!
Ну вот, опять…
— Что это, Руса? — спросил первый философ.
— Это цифры. Я изучил индийский трактат и понял, как можно считать ещё быстрее.
— Подожди, подожди! Я видел, как индусы числа записывают. Ничего похожего!
— Я решил сделать армянскую запись. Вот смотрите, это армянский алфавит, ан основе греческого.
— А какая связь?
— И зачем отдельный алфавит? — вмешался второй. — Берёшь греческий и пользуешься!
— Не получится. В греческом алфавите 27 букв. А в нашем языке — 36 звуков. Пришлось дополнить. Зато теперь любой, кто выучится читать по-армянски, сможет прочесть запись и на греческом. Двойная польза!
— Хм… Ладно. А при чём тут цифры?
— Мы привыкли пользоваться шестидесятеричной системой счисления, изобретённой шумерами. И там есть цифры от 1 до 9. Они привычнее.
— Ты нам голову не морочь! — вступил в беседу третий. — Знаем мы те цифры. Они совсем не похожи.
— А я упростил для быстроты записи. Видите, в этой таблице чёрным — шумерские цифры. А красным поверх — то же самое, но в одно слитное движение. А сверху — конечная форма. Так писать проще и быстрее.
— Ну, не знаю… Непривычно как-то.
— Зато быстро! И выучить тоже недолго.
— Не верю!
— Я могу показать! — начал горячиться я.
— Мы и так знаем, что ты быстро считаешь. Вот еслиты выучишь кого-то из местных, неграмотных — тогда да, это будет убедительно.
— Быть посему! — внезапно прогремел голос царя Михрана. — Я пришлю тебе полдюжины пацанов, выучишь их считать по своей системе.
— Великий царь, ты пришлешь аристократов, они балованные. Если хочешь, чтобы я их быстро выучил, разреши мне их пороть.
— А как ещё можно учить? — удивился тот. Я посмотрел на греков и увидел, что они удивлены не меньше. Похоже, право учителя подвергать учеников телесным наказаниям тут совершенно не подвергалось сомнениям. М-да-а… А я-то со своими миндальничал!
— Куда плывём? — поинтересовался Полуперс.
— В Херсонес, — ответил Боцман, видя, что Волк хранит молчание
— Нас же и там достанут.
— Не достанут. К пиратам подадимся! — буркнул Савлак.
— Можно подумать, те не сдадут!
Мгели презрительно промолчал, а большая часть команды захмыкала. Они были уверены, что Волк быстро станет капитаном какого-то корабля. А вскоре — и навархом[72]!
— Руса, тебя можно хоть ненадолго оставить одного?! — устало спросил Исаак. — Ты забыл, что нам деньги нужны? Если ты будешь пацанов счёту учить, кто работать будет?
— Дядя Изя, имейте совесть! Я и так наработал куда больше, чем мы договаривались. И красок новых наделал, и зеркал целую дюжину, про мыло я уж и не говорю.
— Запомни, мальчик, лишних денег
— Согласен. Вот и помогите мне цинк найти. Тогда у нас ещё несколько новых красок появится.
— Какие?! — тут же вцепился он в новый источник товаров.
— Та-а-ак… дайте подумать… Красная, чёрная и розовая. И лекарство от боли.
— Понятно. А что такое твой цинк?
— Сам пока не знаю! — безмятежно ответил я. — Но если приведёте меня в место, где получают свинец, я его там найду.
