— Куда катится этот проклятый мир! — шелестел старик, пытаясь найти успокоение в заветной книге. — Я готов был поклясться, что по выезде из Стармина она ещё была девицей… Иначе не смогла бы отразить валдачьих чар… Но, коль скоро в моих руках оказался сам Повелитель, мы сможем обойтись и без неё. Давайте сюда этого растлителя!
Лён подошёл к алтарю с видимым равнодушием. Валдак грубо дёрнул за цепь, принуждая вампира лечь на каменную плиту.
— Заговоренные цепи, — гордо сообщил архимаг. — Специально для дорогого гостя.
— Я догадался, — высокомерно бросил вампир, откидываясь на спину. Стальные обручи тут же защелкнулись вокруг его щиколоток, запястий, живота и лба. Цепи с Лёна тоже не сняли, закрепили в кольцах по краям алтаря.
Послюнив заостренный уголёк, старик с книгой в руке стал делать осторожные намётки, расчерчивая углём мускулистую грудь вампира. Изобразив семь или восемь рун, некромант поставил жирную точку между пятым и шестым ребром с левой стороны и отступил на шаг, критически разглядывая своё произведение.
— А это потом смоется? — подозрительно спросил Лён.
— Смоется, смоется! — хехекая, пообещал старый хрыч. — Обмоется…
Налюбовавшись замысловатой символикой, старик с кряхтеньем полез в настенный шкафчик и извлек оттуда высокий глиняный горшок с орнаментом из леших и кикимор. Пошептав и пощёлкав пальцами, маг сорвал крышку с горшка, и оттуда хлынул холодный синий свет. В горшке тлели угли из костей саламандры. Их использовали при закалке волшебных мечей. Уголек можно было взять в руку и даже проглотить, не поморщившись. Лишь соприкосновение с железом вызывало яростный температурный выброс. Подтверждая мою догадку, некромант опустил в горшок нечто вроде длинного узкого ножа на деревянной ручке. Из горшка прыснул сноп искр, послышалось шипение.
— И что же даст вам это уголовно наказуемое деяние? — иронично поинтересовался вампир.
— Вечную молодость, — рассеянно промурлыкал некромант себе под нос, наблюдая за раскаляющимся лезвием. — Для этого я собираюсь миновать порог с помощью ступенек. С вашей помощью.
— Да вы и так ещё очень даже ничего! — покривил душой тролль. Старичка было впору закапывать и, надо признать, очень хотелось. — Цыпа, ты поняла, что он сказал?!
К сожалению, поняла.
— Теория «крылечка». Порог — это переход на иной энергетический уровень, где становятся доступны новые, качественно иные заклинания. Если разница между уровнями слишком велика, порог высок и преодолеть его с нахрапа не удаётся. А ступеньки — это маленькие подуровни, по которым можно достичь порога в несколько приёмов.
— И мы — те самые ступеньки? — смекнул Вал.
— Похоже на то. В момент смерти происходит колоссальный выброс энергии, любой опытный маг может ею воспользоваться, тем более — некромант.
— А на кой ему сдался вампир? Наловил бы девок по окрестным селам, и вся недолга!
Я пожала плечами.
— Может, девицы — ещё большая редкость?
Валдаки и тролль захохотали, Лён улыбнулся, некромант лишь брезгливо передёрнул плечами.
— Девицы… чёрные кошки… новорожденные младенцы… у них у всех один недостаток — момент смерти — всего лишь момент. А мне нужна долгая, мучительная агония, — проскрежетал старик. В зрачках некроманта отражались раскалённые грани клинка. — На неё способно лишь потенциально бессмертное существо — вампир в самом расцвете сил, ибо после трёхсот лет они столь же уязвимы, как и простые смертные. Повелитель же абсолютно бессмертен и может умирать столько, сколько мне понадобится. Час, два. День. Неделю. Сутки. Месяц. Впрочем, мне хватит и пятнадцати минут.
— Спасибо и на этом, — проворчал Лён.
— Я провёл множество экспериментов, — продолжал некромант. — Я искал подходящую жертву, перебрав все разумные и неразумные расы, всё живое и всю нежить. Не осталось ни одного существа, не принесённого на алтарь науки…
— Это вы называете наукой? — не выдержала я. — Серию хладнокровных убийств во благо себя, бессмертного?
— Не только себя, — раздражённо перебил меня некромант. — Всех избранных. Всего Ковена Магов. Обретение бессмертия было целью моей научной работы, которую на протяжении многий лет финансировал сам Ковен. И вот, когда мои исследования наконец-то увенчались успехом и я представил на магическом Совете заключительный отчёт, мою тему неожиданно закрыли, запретили, засекретили, все записи были отобраны и уничтожены, а лаборатория переоборудована и отдана на растерзание желторотым аспирантам-алхимикам, помешанным на создании философского камня. Философский камень! Тьфу! Променять бессмертие на погоню за мифом! Этот Ковен настолько туп и ограничен, что ему не поможет и искомый минерал, вот почему мне в нём не место… нет, это ему не место рядом со мной!
К концу монолога некромант уже не говорил, а кричал, брызгая слюной и жестикулируя раскалённым ножом. Инстинктивный страх перед сумасшедшими заткнул нам рты, не давая отпустить очередную колкость.
