Теперь понятно, откуда у Антуана такая ненависть в глазах — он считает себя обделенным во всех отношениях, ведь мог быть владельцем замка, а вместо этого прислуживает своему сводному брату, который платит ему жалованье.
— К сожалению, о его старшем брате я ничего сказать не могу. Мои отношения с семейством Шастелей всегда были достаточно противоречивыми.
Маркиз поспешно распрощался и, подобрав подол платья, скачками устремился к родному крову, вполне благополучно добравшись до ворот. Наша команда отправилась назад в деревню. Кот велел Алексу пересчитать деньги, а потом всю дорогу пытался прикинуть, сколько понадобится на облаву, на чем можно сэкономить, хотя весьма слабо представлял себе все сопутствующие расходы.
— Охотников надо собрать как можно больше, бросим клич по окрестным деревням — нам нужны профессионалы. Крестьянам платить не будем, они сами рады помочь, главное — поднять в них энтузиазм. Какие могут быть еще расходы? Ах да, коровья туша для приманки и большое количество крепких толстых веревок, из которых надо будет сплести сеть, дабы окружить ею весь лес. Ни один волк не должен уйти от расплаты!
— Как ты жесток, агент 013! — возмутилась я, нисколько не задумавшись и не вникая в смысл кошачьего плана. А ведь чего стоил его «прогрессивный» метод ловли бобров…
— Не будем мы никаких волков убивать, — возразил Алекс. — Вспомните первого жеводанского оборотня, того самого Волка, у которого мы были в гостях. Неужели ваши сердца не тронул рассказ о его невинных собратьях, погибших здесь? Я не позволю добить немногих оставшихся.
Я одобрительно погладила командора по спине. Молодец! А ведь он все реже показывает себя бесчувственным эгоистом и все чаще — борцом за гуманность и человечность. Вот что делает ЛЮБОВЬ! Все согласны, что он таким стал исключительно благодаря мне? Спасибо!
— Подожди, а как же мы тогда отчитаемся перед маркизом за эти деньги? И зачем мы их вообще взяли? — вдруг сообразила я.
— Не знаю, это же ты взяла, — удивленно обернулся Алекс. — Я думал, у тебя есть какой-то план.
— Все правильно, план есть! Деньги возвращать грех — мы их честно заработаем, поймав оборотня, — прижав к пузу кошелек, зачастил кот. — Какая кому разница, как именно будет убит Зверь? Цель оправдывает средства! Вот мы их и оправдаем…
— А что скажет шеф? — вдруг спохватилась я. Обычно подарки от благодарного населения начальством не возбранялись. Но, вспомнив, как я торговалась с маркизом и выбила себе в собственность Брейгеля, я как-то поежилась… Впрочем, никогда не слышала, чтобы за это кого-нибудь увольняли. А, чего думать, все равно Профессор денег не отдаст.
Обсуждение так называемого плана происходило в трактире, за обеденным столом. Поначалу главенствовал кот, мы ели молча.
— Друзья, нам надо срочно выявить оборотня, время поджимает, — в сотый раз напомнил он. — К облаве надо готовиться заранее, одни специальные сети чего стоят. И потом, следует срочно оповестить всех, это заставит оборотня нервничать. А когда он потеряет голову…
— Ой, а зачем он нам без головы? — старательно съязвила я.
Агент 013 столь же старательно обиделся и мстительно съел немного меньше, чем обычно. Наверное, хотел умереть от истощения, но ничего не вышло: у него жировой запас — лет на пять хватит.
Вопреки желанию кота, мнящего себя тонким стратегом, мы с Алексом посовещались и решили пока не объявлять повальный призыв к облаве.
Грудастая служанка, подававшая нам десерт, неожиданно хлопнула себя ладонью по лбу:
— О, прошу прощения, месье! Вас с сестрой искал один постоялец, не помню имени, вроде немец…
— Интересно, тут есть какие-то немцы, кроме нашего эльзасца? — пожал плечами Алекс.
— Никого, он тут один такой прилипала, — буркнула я. — Жеркур по кличке «банный лист»!
— Точно-точно, эльзасец, месье Жеркур! — радостно подтвердила девица. — У него еще акцент смешной, а сам все скачет, как кузнечик! Очень хотел вас видеть, напуганный чем-то был…
— Теперь это его обычное состояние, такого притвору еще свет не видел, — презрительно отозвалась я, принимаясь за безе «ля бэль».
— Жеркур сейчас у себя наверху? — остановил меня командор. — Алина, ты что-то о нем знаешь, чего не знаем мы?
Слава богу, отвечать не пришлось, к нашему столику тяжело подсел сам трактирщик. Жестом отпустив служанку, он дал нам исчерпывающую информацию:
— Нет, этот эльзасец убежал часа два назад. Расплатился со мной и все шептал, что ему здесь нельзя оставаться — опасно! Вроде тут, на постоялом дворе, его в первую очередь искать будут.
— Кто будет искать?
— Вот и я о том же спросил! Молчит… Видать, слегка помешался. Да тут из-за Зверя и не такое случиться может. Может, увидел чего или услышал, а вообще-то все немцы немного того… понимаете?
Папаша Жерар покрутил пальцем у виска и неизвестно, до чего бы в конце концов договорился, но мы сказали, что спешим. Дела, дела, ни минуты покоя — этот оборотень просто неуловим, уже не знаем, на кого и думать…
