Он развернулся и отодвинул Пирру себе за спину.
— Помни о том, что я сказал. Выслушай Руби, прими к сведению ее слова и держись рядом с теми, кому можешь доверять.
Кроцеа Морс с тихим шелестом покинул ножны и отбил сверкнувший в полумраке коридора вражеский клинок. Сила удара оказалась велика, но Жон лишь стиснул зубы и надавил на оружие, приблизив лицо к противнику.
Его глаза моментально округлились.
— Винтер?
Та воспользовалась заминкой, отделив от своей сабли чуть более короткий клинок и попытавшись провести атаку в плечо. Жон перехватил ее руку, но мир вдруг перевернулся, и он с испуганным воплем полетел на пол.
— Профессор! — крикнула Пирра.
Жон поднял ладонь.
— Нет, Пирра! Стой там! Не подходи!
— Делайте так, как он говорит, мисс Никос, — произнес мужской голос.
Раздались тяжелые шаги, а перед лицом Жона оказалась пара черных сапог. Сабля Винтер уперлась ему в затылок, не давая пошевелиться.
— Думаю, вам будет лучше вернуться в свою комнату, — добавил генерал Айронвуд.
— Нет! Скажите мне, что тут происходит, иначе я...
— Иначе вы ничего не сделаете, мисс Никос. Я возглавляю службу безопасности Вейла на время Фестиваля Вайтела, и мистер Арк отныне находится под арестом.
Услышав его слова, Жон опустил плечи и уставился в пол.
Синдер сказала, что сделала свой выбор... Жон решил, что она собралась его убить, но для того, чтобы разобраться с проблемой, существовало множество других способов.
— За что? — уточнила Пирра. — Вы не можете арестовать его безо всякого обвинения.
— И оно у нас есть, — проворчал Айронвуд, опустившись на одно колено перед лицом Жона и заглянув ему прямо в глаза. — Мистер Арк обвиняется в государственной измене.
Комментарий автора: Ну что же, каждый сделал свой выбор, и в итоге получилось то, что получилось. Тянет ли план Синдер на государственную измену? Айронвуд считает, что да. Не в мошенничестве и воровстве же ее обвинять.
— Я сделал то, что требовалось! — воскликнул генерал Джеймс Айронвуд, стукнув кулаком по столу. — Это было необходимо!
— Да-да, весь Вейл уже знает, насколько это было необходимо, — кивнул Озпин, опустив газету.
Заголовок на первой полосе гласил: "Атлас арестовал профессора Арка". Дальше следовала "милая" статья, в которой вездесущая Лиза Лавендер отмечала, что последние действия Атласа вполне можно было счесть не самым дружественным шагом во взаимоотношениях двух Королевств.
— Поздравляю, Джеймс. Ты опасался международного инцидента? Так вот, тебе все-таки удалось его создать.
— Ничего подобного. Я всего лишь привнес толику порядка в тот хаос, который ты тут развел.
— Правда? — удивленно переспросил Озпин, поднявшись из-за стола и подойдя к окну. — Интересное у тебя представление о порядке. Турнир отложен еще на день, а студенты едва ли не дерутся с солдатами.
Он развернулся и вновь посмотрел на Джеймса.
— Что, в Атласе обычно именно так и делают? Пожалуй, тогда мне стоит поучиться на чужом опыте.
Джеймс отчетливо скрипнул зубами.
— Здесь нет моей вины, — буркнул он. — Мы сделали то, что было необходимо. А вот поведение твоих студентов выходит за всякие рамки. Мне даже пришлось отвести солдат обратно на корабли, чтобы не допустить насилия!
— А чего еще ты ожидал, Джеймс? Мистер Арк довольно популярен среди как учеников, так и преподавателей Бикона. Догадаться о том, какой конкретно окажется их реакция на его арест, думаю, не составляет ни малейшего труда.
— Он — преступник!
— Это лишь твое утверждение, — возразил Озпин. — Никакого суда еще не было, да и каких-либо доказательств ты так и не предоставил.
Он внезапно прищурился, с подозрением посмотрев на Джеймса.
— Ты ведь собираешься провести суд, верно?
— Конечно. За кого ты меня принимаешь?
— За излишне порывистого, пусть и не склонного к жестокости генерала, — ответил Озпин. — Надеюсь, суд пройдет на территории Вейла. В конце концов, вся эта история началась именно здесь, и меньше всего тебе требуются дополнительные обвинения в похищениях наших граждан.
— Придется подождать, пока не окончится Фестиваль Вайтела. Сейчас совсем неподходящий момент для столь тесно связанного с политикой процесса.
Подозрения во взгляде Озпина стало еще больше.
— И в чем заключается твоя конечная цель, Джеймс? Будешь держать его в камере до тех пор, пока не решишь, что можно спокойно отпустить?
