Что я также не мог не подметить — прогресс Морозовой рос на глазах. Обычные заклинания ей стали даваться проще после прочтения основ контроля. Магию тьмы она в том числе начала проявлять в реальном мире. С такими темпами на турнире её будут бояться все чужие группы. Буквально.
В остальном всё прошло более чем гладко. Разве что Морозову пришлось оставлять у себя переночевать, а то мы засиделись, и к закрытию общежития она бы физически не успела.
Утром я также встретился с графом Оболенским, но мы только обменялись новостями. Он рассказал, что сегодня нескольких студентов временно отстранили от занятий. По моему взгляду мужчина понял, что я как-то с этим связан, но расспрашивать на эту тему не стал. Уж про инцидент в клубе он наверняка слышал, сам мог догадаться что к чему.
Про тренировки речи не зашло. Как-то с появлением турнира нам не до этого стало. А ведь дальше хуже — как предупредил граф, со дня на день за подготовку возьмутся всерьёз. Само собой, мне придется консультировать планировщиков тех же арен, указывать, каких «монстров» куда ставить, да и целом придется по голову погрузиться в работу.
У меня даже появилась мысль спихнуть на кого-то работу, но нет. Лучше меня с этим тут никто не справится, а тут можно сказать, первый турнир за долгое время. Надо сделать его максимально показательным. Всё ради самих же студентов, чтобы из них росли не нежные цветочки, а суровые воины.
Впрочем, это уже детали. Когда придут, тогда и буду разбираться. Сначала моя группа.
Как обычно собравшись на площадке, я окинул взглядом группу и вызвал к себе Морозову. Студенты не скрыли своего любопытства — они ведь все до единого знали, что девушка ходит ко мне. Тут хочешь не хочешь, а начнут рождаться всякие слухи. Прямо спрашивать ведь аристократы не привыкли, чтобы ненароком не оскорбить. Мало ли это сочтут за попытку узнать чей-то секрет. С этим у них всех очень строго.
— Сегодня будет не столько практическое занятие, сколько теоретическое. Сегодня главным примером того, как надо, выступит Лидия Евгеньевна. Я бы выбрал, конечно, в качестве добровольцев тех, кто должен проходить спецтренировки, но не сегодня. Их силы не подойдут для предстоящей лекции, — решив, что я достаточно их заинтриговал, я продолжил: — Кто из вас знает, как эмоциональная составляющая влияет на каст заклинания? Поднимайте руки, мне надо оценить уровень ваших знаний.
К моему удивлению, руку поднял Белов. На занятиях он инициативы не проявлял. Сейчас-то что изменилось? Непонятно. Может он себя в этой теме чувствует уверенно? Если его растили как убийцу, то в подавлении эмоций он должен смыслить.
— Говорите, Роман Олегович, — обратился я к парню.
— Эмоциональность напрямую влияет на стабильность плетений, ровно как и наоборот, — голос парня звучал тихо и устало, только звучал он фальшиво. Совсем немного, но всё же.
— Приведите оба примера, — коротко сказал я, и ответ не заставил себя ждать.
— Первый. Маг огня использует огненную волну и видит, как его близкий товарищ умирает. Из-за вспышки гнева он теряет контроль, и огонь задевает его самого, — немного помолчав, он добавил: — Второй. Маг превращается в оборотня, поддаваясь животным инстинктам. Чем больше он пребывает в таком состоянии, тем меньше в нём остается человеческого разума. Как итог, он не может вернуться в изначальное состояние и становится монстром.
— Хорошие примеры. Кому-то есть что-то добавить? — увидев, что никто больше не поднимает руку, я разочарованно вздохнул. Их в родах вообще чему-то учили? — Ясно. Роман Олегович верно подметил про стабильность, но это лишь один аспект, влияющий на эмоции. Их на самом деле больше, чем вы себе можете подозревать. Тема нашего сегодняшнего занятия — самоконтроль.
— Это как-то связано с турниром? — услышал я голос Волкова.
Ловко решил выудить из меня информацию. Впрочем, в нём я и не сомневался.
— Всё, чему я сейчас вас учу, так или иначе связано с турниром и вашим дальнейшим ростом как магов, — расплывчато ответил я, не горя желанием давать подсказки. — А теперь снова к эмоциям. Начнём с гнева. Он бывает двух типов — положительный и отрицательный. Отрицательным он становится, когда маг не может его контролировать. Положительным, когда этот гнев направляют в нужное русло. Яркий тому пример — Елена Борисовна, — я бросил взгляд на Фролову. — Разозлившись, она смогла использовать очень мощную магию, которой до этого даже не владела. Научитесь контролировать гнев, сможете раскрыть свой потенциал.
— А как же другие чувства? — это спросил Алеев, стоя впереди всей группы.
— До них мы тоже дойдем. А пока что — Максим Леонидович, Елена Борисовна и Александр Павлович, следуйте за мной. Покажу на наглядном примере, как это работает. Лидия Евгеньевна, оставайтесь пока что тут. Ваша помощь понадобится чуть позже.
Около минуты ушло на то, чтобы распределить студентов по местам. В итоге я стоял в пятидесяти метрах от троицы, и в метрах ста от самой группы. Достаточное расстояние, чтобы никого не задело, но барьер вокруг нас я на всякий случай поставил.
