В конце лекции Елизавета Петровна поблагодарила меня за помощь, и призналась, что ей самой было интересно меня послушать.
В общем и целом, я с удовольствием провёл время. Делиться знаниями со студентами было интересно, особенно когда они стали внимательно меня слушать. Само собой, не все, кто-то остался при своём мнении, но это уже их проблемы. Дуракам не докажешь, и смысла с ними спорить тем более нет.
Правда конец дня испортил момент, что мне написал ректор и попросил проконсультировать приглашённых работников по поводу постройки будущей арены. На это я потратил четыре часа, а по ощущениям все двадцать. Каждый раз скрупулёзно объяснять, почему надо так, а не эдак, раздражало. Даже потренироваться не вышло из-за появившихся дел.
Свободного времени после этого практически не осталось. Вернувшись домой, я только поужинал, а затем снова принялся обучать Морозову. В этот раз правда до ночи мы не засиделись, так что я смог выспаться.
В общем-то, вся следующая неделя превратилась для меня в повседневную рутину. Утром тренировки и лекция. Днём снова тренировки, консультация и алхимия с библиотекой (смотря на что оставалось время).
Вечером — совместное обучение с Морозовой.
Такое затишье вызывало подозрения. Я привык, что когда ничего не происходит, то это предвестник бури. И чем дольше ничего не происходило, тем сильнее становилась буря. Возможно это предрассудки, но со мной почему-то оно всегда работало именно так, а не иначе.
Алеев, несмотря на предложение, не торопился давать мне информацию, касающуюся его проклятия. За прошедшую неделю ни я, ни он не поднимали этот разговор. Тут было два варианта — либо он до сих пор копал информацию, либо сомневался, стоит попробовать или нет.
Что касается других учеников, явных успехов никто особо не проявлял. Разве что до Волкова стало доходить, что остановку времени и магию пространства можно совмещать самыми разными способами. Например, телепортировать предметы, находящиеся вне замыкающей зоны времени.
Зато что я заметил, так это слаженность группы. Если раньше они сражались больше сами по себе, то теперь они отдалённо напоминали боевой отряд. Им, конечно, ещё учиться и учиться, такому даже за год научиться непросто, но всё же.
Так бы и продолжалась рутина, если бы одним вечером, до прихода Морозовой, у меня не зазвонил телефон с незнакомым номером на дисплее.
Мне сразу стало интересно, кто это, поэтому я ответил.
— Слушаю.
— Алексей Дмитриевич Воронов? — из динамиков раздался хриплый мужской голос.
— Допустим. Кто говорит?
— Это неважно. Важно другое. Мы похитили вашу двоюродную сестру, Светлану. Мы знаем, что вы питаете к ней тёплые чувства. Если хотите увидеть её…
— Нет, я не питаю к ней тёплых чувств. Кто вам вообще такую чушь сказал? — я услышал, как на другом конце линии кто-то растерялся. — Звоните главе рода Вороновых и с него требуйте выкуп. Вот ведь злобные спамеры!
С этими словами я сбросил вызов и закинул номер в чёрный список, даже не подозревая, какой головной болью для меня это обернётся. А ведь так хотелось чтобы мои родственнички немного пострадали.
Светлана сидела связанной на стуле и зло смотрела на двух похитителей. Мужчины прятали внешность за иллюзорными артефактами, так что она их различала только по голосам и телосложению.
Первый обладал хриплым простуженным голосом и был весьма массивен и неповоротлив, второй будто в противовес ему был худым и имел тонкий голосок, так что сначала она вообще подумала, что это подросток. Помимо них она слышала и других, но к ней в помещение заходили только эти двое. К сожалению или счастью, они создавали впечатление отпетых идиотов.
— Он сбросил звонок, — сказал толстяк, глядя на своего товарища.
— В смысле сбросил⁈ — в сердцах ответил худой. — Она же его сестра.
— Я вам говорила, Алексею на меня плевать. Не ту цель вы выбрали для шантажа, — устало вздохнула Светлана. И почему именно с ней вечно должны происходить плохие вещи? — Не придёт он меня спасать. Свяжитесь с моим отцом, так хотя бы в выигрыше останетесь.
— Молчи! — рявкнул толстяк, но вреда ей причинять не собирался. Ещё бы он стал вредить аристократке. — Он ещё меня заблокировал! — возмутился он, когда вызов не прошёл.
— Позвони ему с другого номера, — предложил худой. — Будем угрожать, что начнём её пальцы по одному присылать.
Нет, пожалуй она недооценила их идиотизм. Это не похитители, а суицидники с кашей вместо мозгов. И как только они умудрились её похитить средь бела дня на улице? Тц, похоже это она расслабилась.
— Во-первых, я с рождения не чувствую боли. Алексей об этом знает. Во-вторых, ему всё ещё на меня плевать. Вы ему хоть обзвонитесь, он не придёт меня спасать, — говорила Светлана, но этот дуэт её даже не слушал.
— Пошёл гудок, — радостно воскликнул толстяк.
— На громкую вруби, — добавил худой, встав рядом со своим приятелем.
— Опять вы? — Светлана услышала голос двоюродного брата. — Ещё раз. Мне на неё плевать. Чем сильнее вы ослабите Вороновых, тем больше я буду вам благодарен. А теперь оставьте меня в покое, — в телефоне раздались гудки.
