Профессорятник полностью

Радуйся россиянин — фауна твоей страны пока еще обильна и многолика. Но приятная весть в России редко воспринимается без частицы ««

Так, наша державушка — страна классического охотничьего геноцида. Немало «братьев наших меньших» в России подверглись полному истреблению или близки к этому. Яркий пример — история с морской коровой (млекопитающим животным), в изобилии водившейся у Командорских островов и истребленной еще в конце XVIII в. Такая же участь постигла лошадь тарпан, обитавшей в степной, лесостепной зонах, а также в смешанных лесах Русской равнины. Во многих местах уже истреблен бобр, сильно «поредело» поголовье соболя, пятнистого оленя на юге Дальнего Востока. Встретить многих животных и птиц в окрестностях российских городов и, даже, сел, стало практически невозможно, в то время как в пригородах Лондона, Парижа или Нью-Йорка можно свободно видеть косуль, зайцев, лис, редких птиц и т. д. В значительной мере — это следствие слабо контролируемого государством охотничьего промысла и откровенного браконьерства.

Специалисты подсчитали, что для изготовления лисьей шубы для взрослого человека требуется умертвить 20 животных, енотовой — 27, норковой — 55, собольей — от 40 до 80 животных. Волчья доха будет стоить жизни пятерым серым, а рысья— 15 пятнистым хищникам из семейства кошачьих. На «мохнатое пальто» из кошек потребуется 25 «мурзиков» (кстати, в африканской стране Гане едва ли не самым лакомым блюдом является «тушеный кот»), а из собак— 25 «дворняг». Эту «печальную арифметику» можно продолжить: при изготовлении одной шубы из выдр и скунсов уходит два с половиной десятка шкурок; из опоссумов, королевских кроликов или ондатр — 30, из хорьков — 50, а из куниц — целых 60. Самыми же «кровавыми», согласно подсчетам животных, являются шубы из горностая (до 125 шкурок), шиншилл (180) и белок (от 100 до 300).

Может ли кто в правительстве (особенно в министерствах внутренних дел, природных ресурсов и культуры) внятно объяснить, зачем, например, москвичам или петербуржцам иметь в своем распоряжении десятки тысяч охотничьих стволов? Может быть, они чукчи или тунгусы, живут в глухой тайге, им кушать нечего, и они ежедневно и еженощно пекутся о хлебе насущном? Так нет же — они ленивые жители мегалополисов и, как правило, представители состоятельной части населения, отнюдь не пухнущие от голода, не страдающие от недоедания. Или, может быть, их вдохновляет пример таких живодеров, как Хрущев с Брежневым, которые имели кровожадную склонность (не снившуюся первобытным людям) истреблять все, что бегает, прыгает, ползает и летает в лесу? Так нет же — половина нынешних охотников уже не ведает вообще, что это за персонажи такие, кто эти сириусяне.

Но и это еще не все.

Наша страна в некотором роде является сегодня огромным концлагерем для животных, с пытками, неоправданной жестокостью и убийствами «просто так», ради потехи. Оказывается, существуют организации, так называемых, «догхантеров», которые регулярно травят бездомных собак, производят садистские расправы над животными на территории некоторых городов и прилегающих к ним территорий. Эти живодеры атакуют зоозащитников, присылают на их почту видео со зверскими издевательствами над животными, обсуждают методы умерщвления и делятся своими «победами».

А что же государство, спросите вы? По закону, если вина живодера будет доказана, его ждет наказание — штраф до трехсот тысяч рублей, а то и лишение свободы до двух лет. И много таких живодеров получили на полную «катушку»? Как говорят в Одессе — не смешите наши ботинки! Живодеры спокойно вершат свое дело и умствуют: «Один из основных принципов правового государства — что не запрещено, то разрешено. А Россия — правовое государство, так в конституции написано». А, между прочим, кроме статьи № 245 Уголовного кодекса («Жестокое обращение с животными»), существуют еще статья № 167 — «Умышленное уничтожение имущества» (в случае, если собака хозяйская) и статья № 213 — «Хулиганство» (совершенные на глазах людей убийства принадлежащих им собак являются «грубым нарушением общественного порядка, выражающего явное неуважение к обществу, совершенное с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия»).

Конечно, у живодеров есть, казалось бы, беспроигрышный аргумент: по стране, действительно, бродят стаи одичавших кусачих собак, разносят заразу, нападают на людей, иногда даже с печальным исходом. Но, разве этим можно оправдать садизм"? Другой человек, созерцающий страшные мучения отравленной собаки, умирающей в страшных судорогах, готов сам стать живодером ... для живодера. Кто-то верно заметил: проблема давно уже не в собаках, а в людях, в их злости, алчности, не леченных психических расстройствах.

Честно признаемся: этот сюжет навеян инцидентом, случившимся в августе 2014 года, когда на Елагином острове, в парке культуры и отдыха были задержаны трое молодых людей. Сначала они прикармливали (выпрошенными орешками) белок, а затем решили открыть по ним огонь из пневматического пистолета, в результате чего одна тушка так и осталась лежать на месте. Сотрудники полиции доставили молодых людей в участок, после чего действия были квалифицированы по статье 245 Уголовного кодекса (жестокое обращение с животными). Было возбуждено уголовное дело. Казалось бы, справедливость вот-вот восторжествует: живодеры получат по заслугам.

Как бы не так! Вы только послушайте, как «изобретательно» защищался на суде живодер— 18-летний студент 2-го курса Российской академии правосудия, участник Национальной образовательной программы «Интеллектуально-творческий потенциал России», и что, может быть, еще более важно — сын председателя районного суда одного из субъектов Российской федерации. В соответствии с хорошо обдуманной версией происшедшего, он, якобы, подвергся вероломному нападению опасного зверя. Защищая личное пространство, он тряхнул ногой и почувствовал укус.

— Я боюсь агрессии диких животных, — пояснил он. — Белка для меня то же, что крыса. Меня и собака кусала. Первое, что пришло в голову, — защититься.

Отброшенный на полтора метра зверек, по утверждению друзей стрелка, принял боевую позу, и компании показалось, что готовится новое нападение.

— Белка сделала скачок-другой в мою сторону. Я достал пистолет, зарядил и выстрелил. Пара секунд потребовалась.

— Ловко. Тренировались? — спросил прокурор.

— Нет. Я не очень хорошо стреляю. Не знаю, как попал.

— А другой возможности не было исчерпать конфликт?

— Наверное, была. Но убегать от белки— это как-то...

— Ниже достоинства? Предпочтительнее расстрелять?

— А вдруг бы догнала и напала...

Ну, как вам защита студента-юриста, ассоциирующего себя с интеллектуально-творческим потенциалом России?

Не менее занимательным было выступление и приглашенного искушенной защитой врача-женщины, рабиолога городского антирабического центра, посвятившей свою жизнь борьбе с бешенством и прививавшей пострадавшего от вероломного нападения белки. Врача, по ее словам, повергает в ужас обилие хвостатых в парках Санкт-Петербурга: «Устроили, понимаешь, шоу. Ползают, скачут, попрошайничают. Заражают людей, царапаясь и кусаясь. Достаточно просто послюнявить пальчик три кормлении. От белок надо избавляться. Это самые опасные дикие животные в Петербурге. Волки-то у нас не бегают».

После столь сногсшибательных аргументов судьба живодера была решена самым благоприятным образом. Как говорится: «Да здравствует наш суд, самый гуманный суд в мире». Ведь если следовать логике принятого решения суда, можно в принципе расстреливать каждую поцарапавшую вас кошку, и даже лишь принявшую «боевую позу».

Кстати, белки, как гордость Елагина острова, в «смутные», «турбулентные» времена, когда «количество живодеров на км²» возрастает, куда-то исчезают. А когда приходит «оттепель», белки, подобно мифологической птице Феникс, непостижимым образом возрождаются. Рассказать где-нибудь на Кавказе, что восемнадцатилетний джигит, по возрасту уже солдат, отстреливался от агрессивной белки, значит быть подвергнутым унизительному осмеянию. Работая в США, автор ежедневно наблюдал полчища мирно снующих белок, и как-то не слыхал, чтобы кто-то даже заикался о вероломных нападениях на людей этих милых созданий. Правда, как-то проскользнуло сообщение, что дикая белка совершила набег на школу в калифорнийском городе Новато и покусала учителя, а также одного из школьников, но было решено, что это «засланные диверсанты» (!) из ИГИЛа.

Теоретически, конечно, это возможно, но лишь в том случае, если белкам, привыкшим кормиться из человеческих рук и ассоциирующим людей с пищей, вдруг отказали в харчах, посадив на голодный паек, но на Елагином острове заботятся об этом племени. Поэтому, если белка и ущипнула студента академии правосудия, участника программы «Интеллектуально-творческий потенциал России», то даже юный натуралист объяснит вам, что зверька, либо хотели схватить, либо причинили ему боль.

Одним словом, «виват, живодеры» — представители интеллектуально-творческого потенциала России» и их покровители!