Вот такие у нас качели, то спокойно рассказываем друг другу откровенности, которые не скажешь порой даже близким, то не можем придумать обычную тему. Впрочем, у нас с самого знакомства все сложно.
– Хочешь кино посмотреть? – предлагаю ей, Аля вздергивает брови в удивлении, немного думает.
– Даже не знаю, – пожимает плечами, – мне последнее время было не до кинематографа. Можно, наверное, что-нибудь и посмотреть.
Я встаю, она тут же инстинктивно выпрямляется, словно хочет стать выше рядом со мной. Мы проходим в комнату, сажусь на кровать, Аля – на стул, предварительно убрав нашу одежду. Вижу, слегка краснеет. Что тоже неудивительно, если учесть, что интимные отношения для нее в новинку. Черт, а если бы она была девственницей? Совсем ты спятил, Гордеев, серьезно. Искусил невинную студентку.
– Есть идеи, что посмотреть?
Пожимаю плечами. На самом деле быстро находим фильм, который нравится обоим. Аля ложится рядом со мной, я притягиваю ее ближе, она напрягается, но потом расслабляется, подается навстречу. Фильм интересный, но если честно, не удерживаюсь и начинаю медленно гладить тело девушки почти сразу. И уже к середине мы заняты далеко не просмотром.
Даже не думал, что в сорок лет меня будет так тянуть к женщине. Что я буду настолько ее хотеть. Парадокс. Тем более если посмотреть, какая она. Вот вообще не в моем вкусе. Мои женщины не были так молоды, к тому же отличались округлыми формами. И как так вышло, что меня повернуло на угловатой девчонке?
Этими вопросами я мучаюсь и ночью, когда лежу в темноте, глядя в потолок. Аля спит рядом, тесно прижавшись, практически наполовину улегшись на меня. Хорошо, что сомнения, которые ее наверняка терзают, не мешают сну. Отдохнуть девушке не мешает. Вздыхаю. Что же мне теперь делать?
Головой понимаю: наши отношения невозможны, даже не потому что мы разные, но и в принципе как факт. Слишком много противоречий. Черт возьми, она дочь Андропова! А он женат на моей бывшей жене, пусть и гражданской. И кто знает, простил ли мне то, что я увел у него Кристину тогда, много лет назад?
Ладно это, но Аля ещё и моя студентка. Если наша связь всплывёт – выйдет скандал. У меня своя жизнь, и она меня устраивает. По крайней мере, устраивала до этого момента. Но отношения – это не про меня. А Але не нужны подобные романы. Ни к чему портить ее.
Лучше закончить все сейчас. Однозначно. У нас были выходные, они закончатся, и наша короткая история вместе с ними. Почти уверен, что Аля поймет и примет такое решение. Да, ей будет неприятно, обидно, может, даже больно. Но лучше сейчас, чем позже, когда она привяжется ко мне. А она привяжется, это понятно.
И как бы мне ни хотелось эту девушку, я понимаю: это верное решение, единственно верное. И завтра я донесу до Али данную мысль.
Это похоже на сладкий сон, такой приятный, что не хочется просыпаться совсем. Я даже на мгновенье думаю, что открою глаза: а никого нет. И не было. Все мне приснилось. Но нет, чувствую рядом горячее сильное тело.
– Проснулась? – слышу вопрос, хотя глаза я не открывала. Вот как он почувствовал?
Поднимаю на мужчину взгляд, ловлю ответный и напрягаюсь. Мне чудится в нем грусть… Нет, наверное, не грусть, излишняя серьезность. И чувствую кожей: мне не приснилось, но все же конец скоро. Куда скорее, чем мне бы хотелось. Нет, я не питала иллюзий на тему наших отношений, вовсе старалась не думать об этом, потому что все заранее ясно. Но не думала, что так быстро.
Что у нас будет пара дней, а потом мы разбежимся в разные стороны. Еще дальше, чем были, потому что произошедшее однозначно встанет между нами глухой стеной. Я нервно сглатываю, знаю, что выгляжу жалко, но все равно прошу:
– Подари мне еще один день и ночь. Пожалуйста.
Взгляд мужчины резко меняется, наполняясь эмоциями, потом Роман вздыхает, прикрывая глаза. А когда снова смотрит на меня, понимаю: он согласился на мою просьбу. И уже бесстыдно тянусь к его губам, обнимая, зарываясь пальцами в волосы. У меня осталось меньше суток, и мне теперь нечего стыдиться – только ухватить каждый миг, не потерять ни одного, наполнить их все нашим мимолётным единением.
Завтракаем мы вполне традиционно – яичницей и чаем. Молчание начинает угнетать, у меня потребность все время вовлекать его в диалог, если, конечно, мы не находимся рядом друг с другом – в плане так близко, что ближе некуда.
– А как твоя фирма без тебя? – задаю вопрос, надеюсь, что он не звучит простым заполнением паузы. Мне на самом деле интересно.
– У меня есть зам, он управляет компанией, я всегда на связи, обсуждаем дела, – Гордеев отвечает охотно, он по виду не испытывает неловкости от ситуации.
Вспоминаю его утренний взгляд, и сердце сжимается. Он ведь уже все решил, пусть и отсрочил из-за моей просьбы. Но решил однозначно. Ему это не нужно, да, так вышло, что мы оказались в одной постели, да, ему это вроде как нравится… Но все это для него ничего не значит. Сжимаю чашку с чаем, глядя в нее. Так, ладно, надо перевести мысли в другое русло.
