Метнув в лицо террориста оконную створку, Ворон бросился ему под ноги. В то же мгновение раздался приглушенный выстрел – один! И Ворон почувствовал, как у него над головой, чиркнув по волосам, просвистела пуля. Каждое мгновение ожидая новых выстрелов и раздирающей тело острой боли, он кубарем скатился вниз по скату крыши, ощущая ладонями обжигающий жар раскаленной кровли. При этом контрразведчик ни на мгновение не выпускал из вида фигуру террориста. И, оказавшись рядом, расчетливо ударил его ногой в выставленную вперед голень. Террорист, как подрубленный, рухнул прямо на него, со всего маха врезав в грудь стволом своего автомата. Ворон едва не задохнулся от боли. Сердце пропустило очередной удар. А оседлавший его боевик, орудуя автоматом, словно дубиной, попытался ударить его в лицо. Ворон успел наклонить голову, и сокрушающей силы удар террориста пришелся по листу железа, в каких-нибудь десяти сантиметрах от виска контрразведчика. Боевик сейчас же перехватил оружие по-другому и, придавив ствольной коробкой шею своего противника к крыше, принялся его душить. У Ворона потемнело в глазах. Но до того как задыхающийся без кислорода мозг окончательно отключился, он из последних сил ударил боевика раскрытой ладонью в ухо. Голова террориста мотнулась в сторону, хватка ослабла. Ворон сейчас же выдернул автомат из рук убийцы, вместе с пакетом отшвырнул его в сторону и, наконец, с наслаждением сделал глубокий вдох. Воздух со свистом ворвался в легкие, сознание прояснилось.
Зато террорист после проведенного им оглушающего удара пребывал в прострации. Из правого уха, куда и пришелся удар, выкатилась тонкая струйка крови. Видимо, у террориста лопнула барабанная перепонка. Он беспрестанно тряс головой и беспорядочно шарил перед собой руками. Ворон поймал его правую кисть и, заломив руку, припечатал арабского боевика лицом к раскаленному железу. Араб дико заорал. Не обращая внимания на его крики, Ворон заломил террористу за спину вторую руку и стянул ему оба запястья своим брючным ремнем, для чего пришлось сначала снять с ремня футляр с сотовым телефоном.
За время службы в погранотряде ему неоднократно приходилось связывать подручными средствами задержанных нарушителей границы и прямо на месте обыскивать их. Поэтому сейчас Ворон действовал быстро и умело. Сноровисто обыскав захваченного боевика, он вытащил у него из карманов портативную рацию и мобильный телефон и бросил их в пакет вместе с автоматом. Затем волоком подтащил боевика к чердачному окну и, не позволяя ему подняться на ноги, чтобы тот не смог броситься с крыши вниз, втолкнул его на чердак. Сильно ударившись при падении, захваченный боевик разразился длинным ругательством на арабском языке. Но Ворон, наслушавшийся за свою службу в частях специального назначения самых отборных ругательств на русском, чеченском, грузинском, таджикском и арабском языках, давно перестал обращать на них внимание. Не отвечая на злобные выкрики плененного террориста, он спустил его вниз по лестнице и вывел из подъезда. Оказавшись во дворе, бандит попытался сбежать. Но Ворон тут же вздернул его связанные руки вверх. И боевик, согнувшись пополам, на первом же шаге ткнулся лицом в асфальт, ободрав себе лоб и щеку. Это отбило у него охоту к побегу. И когда Ворон вел захваченного террориста через привокзальную площадь, тот уже не пытался освободиться.
Вместе с задержанным боевиком Ворон поднялся по ступеням, ведущим к зданию вокзала, и протянул руку к входным дверям. Но двери внезапно распахнулись, и он увидел перед собой жилистую мускулистую фигуру своего боевого друга и бывшего командира Антона Овчинникова, одетого в форму железнодорожника. На лице Овчинникова сияла широкая улыбка.
– Этого в дежурку! – скомандовал он неизвестно кому, не сводя с Ворона своих искрящихся задором и энергией глаз.
Из-за его спины тут же вынырнули двое вымпеловцев, в такой же, как на Овчинникове, железнодорожной форме. Они цепко ухватили под мышки связанного террориста и затолкнули в открытые двери.
– Ну! Здорово, дружище! – приветствовал друга Овчинников и, шагнув вперед, заключил Ворона в объятия.
– Здорово, командир, – дрогнувшим голосом пробормотал в ответ Ворон.
От радости неожиданной встречи у Ворона даже перехватило дыхание. Он не видел Овчинникова с того времени, как перешел в управление военной контрразведки. И сейчас был невероятно рад, что случай вновь свел их вместе.
– Мы этого урода на станции ждали. А ты его сам скрутил. Молоток! – похвалил Ворона Овчинников и одобрительно ткнул его кулаком в плечо.
– Да, вот... – Ворон протянул другу пакет с оружием и средствами связи захваченного террориста. – Там его автомат, мобильный телефон и рация.
