Эйфория от ловко проведенного разговора с начальником канашинской станции быстро прошла, и перед прибытием в Шумерлю Гамид стал ощутимо волноваться... Неспроста станционный начальник велел машинисту пересчитать цистерны. Не иначе, как подмена обнаружена и железнодорожники принялись искать пропавший груз. В этом случае начальник станции мог и не поверить машинисту. Тогда... на следующей остановке нужно быть готовым ко всяким неожиданностям.
Гамид повернулся к набившимся в кабину электровоза боевикам:
– Когда поезд прибудет на станцию, к окнам не подходить, чтобы вас никто не заметил с платформы. Оружие держать наготове, но огонь открывать только по моей команде.
Вайнахи понимающе закивали головами, а Гамид достал из кармана трубку мобильного телефона и набрал номер Исы:
– Мы подходим к Шумерле. Отправляйтесь на станцию и разнюхайте там обстановку. Мне нужно знать, не встречают ли нас посторонние.
Отдав приказание, он взглянул на часы: Иса не подведет, значит, через несколько минут он тоже будет знать, что творится на станции.
Но до старшего разведывательного дозора на связь вышел железнодорожный диспетчер:
– Четыреста тридцать шестой, для вас открыт десятый путь. Как поняли? Прием, – послышалось в рации.
Гамид ткнул в бок машиниста:
– Чего молчишь? Отвечай.
Тот взял в руки микрофон и заученно произнес:
– Вас понял. Следую на десятый путь.
Рация замолчала, а Гамид снова схватился за телефон:
– Проверьте десятый путь. Нас направляют туда.
– Ясно, – безразличным голосом отозвался Иса.
На входном светофоре горел зеленый свет. Гамид подался вперед и жадно припал к лобовому стеклу. Впереди уже можно было разглядеть постройки железнодорожной станции и стоящие на путях составы. Пройдя автоматическую стрелку, поезд повернул направо и начал отдаляться от станционных построек. Гамид насторожился. Диспетчер выбрал для состава отдаленный путь. Не означает ли это, что там их ждет засада? И почему до сих пор молчит Иса?!
– Всем внимание, – бросил назад Гамид.
Боевики сейчас же обнажили стволы своих пистолетов, а автоматчики еще и намотали на руки автоматные ремни для лучшего удержания оружия. В этот момент в кармане Гамида пискнул телефон.
– Слушаю?! – он прижал трубку к уху.
– На десятом пути четверо полицейских, – донесся оттуда вкрадчивый шепот Исы. – Оружие только у двоих. В кобурах. У двух других резиновые палки.
Гамид на секунду задумался... Для их захвата бросили бы взвод, а то и роту спецназа, но никак не четверых ментов. Значит, русским пока точно ничего не известно. Это простая проверка. Скорее всего менты проверяют все вышедшие из Канаша составы. Эти четверо с резиновыми палками и жалкими пукалками – обычные русские вахлаки. Разделаться с ними ничего не стоит. Но, прикончив ментов, они неизбежно выдадут себя. Значит, их лучше не трогать.
– Слышишь меня? – обратился он по телефону к Исе и, получив его утвердительный ответ, распорядился: – Прикроете нас, когда мы придем на станцию. Вмешаетесь, если только услышите выстрелы с нашей стороны. И раньше времени не попадайтесь русакам на глаза.
Отдав приказание дозорным, Гамид развернулся к пленникам:
– Эй вы, быстро снимайте форму!
Машинист с помощником испуганно переглянулись, но ослушаться не посмели и принялись расстегивать на себе железнодорожные кители. Вайнахи тут же обступили их и оживленно загалдели. Арабы сохранили свою обычную невозмутимость. Выбрав среди вайнахов бойца помоложе, Гамид подтолкнул его к помощнику машиниста и приказал:
– Надевай его форму.
Боец оказался толковым и, быстро сообразив, что от него требуется, сноровисто натянул на себя брюки, рубашку и форменный китель раздевшегося до трусов помощника машиниста. Роль машиниста Гамид не доверил никому и в его форму переоделся сам. Русский машинист оказался примерно одного роста с ним, но гораздо полнее. Из-за чего форма повисла на Гамиде мешком, но при застегнутом кителе это не особенно бросалось в глаза. К тому же большой китель полностью скрывал надетую под него пистолетную кобуру. Вайнаху, выбранному на роль помощника машиниста, форма, наоборот, оказалась тесновата, и пистолет ему пришлось засунуть сзади за пояс.
Критически осмотрев себя и своего «помощника», Гамид шагнул к пульту управления электровозом и, скользнув безразличным взглядом по экранам приборов и рядам мерцающих сигнальных лампочек, повернул до отказа главный тормозной кран. Сила инерции бросила его вперед. Но Гамид был к этому готов и успел схватиться за поручень. Зато несколько не столь расторопных бойцов и вместе с ними помощник машиниста попадали на пол кабины. Гамид презрительно усмехнулся, но ничего не сказал, наблюдая, как тормозит въезжающий на станцию состав. Под лязг и скрежет тормозных колодок поезд проехал еще пару десятков метров и остановился. Гамид тут же развернулся к поднявшимся на ноги боевикам:
– Быстро все в заднюю кабину. И заберите с собой этих, – он кивнул на полураздетых пленников. – И чтобы сидели там тихо, как мыши. Хасан, проследи.
