Начинается второй период. Я едва слежу за игрой – мысли заняты признанием Сета. Он мечтает вернуть Торренс! Он пытается измениться!..
Вскоре «Сиэтл» выравнивает счет, а потом забивает вторую шайбу, и Рассел, расчувствовавшись, кладет руку мне на колено. Через джинсы и флисовые колготки прикосновение едва ощущается, и тем не менее все мои мысли устремляются к этому пятачку кожи. Как простое касание может согревать лучше, чем несколько слоев одежды?..
– Тебе хорошо? – спрашивает Рассел, наклонившись к моему уху, чтобы перекричать шум.
– Отлично! – откликаюсь я сдавленным голосом.
Рассел опускает глаза и, покраснев, убирает руку. Может, он перепутал мое колено со своим. Может, меня бросило в жар потому, что я слишком тепло одета.
«Сиэтл» выигрывает со счетом 3:1. Все кричат, прыгают, обнимаются и хлопают. Когда мы, пробравшись через этот хаос, наконец оказываемся снаружи, я говорю:
– Теперь мне понятно, почему ты так любишь спорт! Такое ощущение, будто это и моя победа, хотя я никак не участвовала в игре.
На улице холодно, очки у Рассела запотели. Уже темно, и толпы фанатов тянутся в окрестные бары.
– Правда? – Он протирает очки кончиком шарфа – ничего милее в жизни не видела! – Тебе честно понравилось?
– Честно!
Пьяный Сет, спотыкаясь, подходит к нам и обнимает нас за плечи.
– Моя хоккейная команда! – кричит он, и я не пойму, то ли смеяться, то ли краснеть от смущения. – Ребята, вы супер! Надо будет повторить!
– Обязательно! – соглашаюсь я, с трудом сохраняя равновесие. – А пока давайте-ка отвезем вас домой.
– …Только посмотрите – по-моему, он улыбается!
– Что ж, обезьяна-музыкант Бобо придает слову «обезьянничать» совершенно новый смысл!
Дэвид Вонг и Джиа Ди Анджело обмениваются отработанными улыбками телеведущих, за плечами у которых – сотни трогательных и смешных репортажей о животных.
– Далее в программе – вид спорта, который, несмотря на нелепое название, стремительно набирает популярность в Соединенных Штатах. Конечно же, это пиклбол![19]
Я уже давно не смотрю эфир из студии, однако в эту пятницу решила сделать исключение. КСИ – не такая уж крупная телестанция, и зрительного зала у нас нет, так что я стою за камерами, стараясь никому не мешать.
– Помню, как играл в пиклбол в школе. – Дэвид отбивает воображаемый мяч. – Получалось у меня так себе – в отличие от ребят, о которых мы расскажем в следующем сюжете. Профессиональный пиклбол набирает обороты, особенно у нас на северо-западе, где виды спорта для закрытых помещений всегда пользовались спросом в сырые зимние месяцы. Подробнее – в материале Рассела Барринджера.
Репортаж открывается сценой в спортзале: игроки отбивают мячи. За кадром Рассел говорит:
– В список олимпийских видов спорта пиклбол пока не вошел, однако пользуется все большей популярностью у тысяч игроков.
Рассел рассказывает, что пиклбол зародился в штате Вашингтон, на острове Бейнбридж, в 1965 году. Интервью с несколькими игроками и руководительницей пиклбольной лиги перемежают кадры играющих людей.
Слушая репортаж, я внутренне улыбаюсь. Когда мы благополучно посадили Сета в такси, Рассел обмолвился, что сегодня в эфире будет этот материал, и признался, что был очень рад для разнообразия снять что-то не о студенческом спорте.
– Мне даже разрешили поучаствовать! – сообщает он, появляясь на экране в спортивных шортах и футболке. Я никогда не видела его в такой одежде и поспешно отвожу взгляд от мускулистых икр, словно опасаясь, что в студии заметят, куда я смотрю.
– Держите ракетку вот так, – подсказывает руководительница лиги.
Рассел пропускает мяч и беззаботно смеется:
– Непростая игра!
Так мило, что он включил в репортаж свидетельство своей неидеальности!.. Легко счесть этот материал проходным, и многие зрители сейчас наверняка, фыркнув, переключили канал в поисках более интересных передач. Однако, наблюдая за Расселом, я понимаю его слова о том, что в спорте самое интересное – люди. Руководительница лиги познакомилась на пиклболе со своим будущим мужем, а когда он умер, основала эту лигу в память о нем и развивает ее при поддержке их детей. Каждый год в его день рождения они устраивают большой турнир по пиклболу, на который съезжаются игроки со всего мира.
– Это отличный пример того, как вокруг обычного развлечения может сформироваться настоящее сообщество единомышленников, – заключает Рассел в конце репортажа.
Начинается реклама, а потом – шоу «Ливни», ради которого я здесь. После эфира Торренс всегда в хорошем настроении, и это мне пригодится, потому что разговор с Сетом подал нам одну хорошую идею. (Кстати, сам Сет на этой неделе не вывесил ни одного объявления.)
На экране появляется заставка с мультяшной Торренс, которую едва не уносит ветром на вывернутом зонтике. Я невольно подпеваю прилипчивой мелодии. В своей передаче Торренс рассказывает о климатических тенденциях и приглашает в студию экспертов. Шоу длится полчаса – в детстве мне казалось, что этого очень мало.
