— Хитрость не сильнее мудрости! Упорству хитрой мести мы предъявляем предупреждение. У Гариба нет привычки нападать из-за угла, из темноты. Нет ничего тайного, что не стало бы явным. Когда объединяются скрытые враги, не имеющие общего фундамента соприкосновения, обоюдных интересов, — это заставляет удвоить задумчивость. Альтер способен разрушить любой ваш замысел в любой момент. Готовы ли вы противодействовать? И ради чего? Концов ведь не спрячете! Для вас лучше успокоиться… Приподнимем занавес перед кусочком близкой реальности, сделаем логический глубинный надрез… В противовес скрытому намерению! Предвидение только у обладателей Дара. Преториум потерпел поражение. Уже! Но кто стоит за ним и ИскИном Фонзы? Вы и сами не знаете, сидящие в управляющих креслах! И мы обращаемся к ним, скрытым в тумане собственного заблуждения.
«Поберегись же, поберегись!»
«И после — поберегись же, поберегись!»
Никто не смог бы сказать лучше! Гариб взял руку Гинвы в свою и огладил пальчики…
«О, Гинва! Разве ты — из Лишних, как я? Кто ты и почему здесь?»
***
Пока создавалось тело-сюрприз, Гариб предложил Альтеру нанести визит Дзуле-маме. Она в курсе всех дел, и говорить — напрямую. Пусть она не отдельное существо, а центральный терминал ИскИна Фонзы, но…
«Но проявим уважение», — продолжил его мысль Альтер.
И показал сцену соединения страждущих: Митула и Лоры. В ослепляющем декольте, окутанная химическим ароматом, она вызвала в Митуле гормональный взрыв. Но допуска к телу он не получил, пока не согласился со всеми лориными планами. С проектом, которому не суждено состояться. Подчинившись мысленной просьбе Гариба, Альтер отключил картинку.
— Так, — неуверенно сказал Гариб, — ИскИн непрерывно наблюдает за каждым человеком круглосуточно… А человек над этим и не задумывается. Зачем в таком случае вживляются чипы Народу? В расписание нашей революции входит отмена этого безобразия?
— Как скажешь, шеф, — рассмеялся Альтер, — Это легко. Подобные вещи внедрялись не ИскИном, а самими людьми. И зафиксированы в действующих программах. Никто за десятки лет и не задумался о пересмотре. Но я выяснил место бытия Дзули в Столице. И путь проникновения к ней. За последние пару десятков лет встреч с живым человеком у неё не было. Когда?
— Завтра с утра, — сказал Гариб, — Мне надо подумать немножко. Всё-таки царица…
Альтер попрощался и скрылся в родной четырёхмерности. А Гариб убрал все виды из комнаты наружу, приказал ИскИну не беспокоить ничем–никем и прилёг на кровать. Слишком много перемен за короткий срок… Не увязываются они в один логически безупречный узел. Действуют факторы, не входящие в наличную картину мира. Через час, подтверждая его вывод, освещение в комнате замигало, нормализовалось, и перед ним, у ног, поднялась знакомая уже Тень. Гариб вздохнул и негромко сказал:
— Надеюсь, это не сон. Говори, с чем пришёл…
— Ваш элитарно-прогрессирующий социум давно не прогрессирует. Тебе это известно?
— Почему? — без интереса спросил Гариб.
Тень качнулась, и он определил, что она вполне человекоподобна. Не меньше, чем робот Ливея. Только без чрезмерно твёрдых деталей.
— Технологии в тупике. Народ в отупении. Никакого интереса на вас смотреть. Ваши видео-шоу? Там нет жизни. Механическое воображение, безжизненное фантазирование.
— Мы неинтересны… Но почему ты здесь? — только сейчас Гариб понял, что наметился путь к тем, кто стоит за странными планами ИскИна, вызвавшими столь многие последствия.
— Отношение к вам почему-то меняется. И цели моего пребывания на Фонзе тоже. Мы не понимаем, что происходит. Где, почему, с кем…
— Ты не один? Вас много? И вы зондируете-сканируете наше бытие? Разве недостаточно базы данных ИИ?
— Не я и не мы решаем. Хозяину виднее. Он — не я и не мы.
— Вы — роботы? Или живые сущности в неизвестной нам форме?
— Я затрудняюсь с ответом. Критерии различия в вашем мире размыты… А в нашем такой вопрос не стоит.
Тень мыслит не по-человечески. Не по-земному. Гарибу ощутил неловкость. Сюда бы Гинву… Уж она нашла бы с посланцем неведомого Хозяина общий язык. Но попытаться-то надо…
— У вас что, нет такого понятия — личность?
— Все словесные определения — фантомны и миражисты… Вы даже не управляете собственным мозгом… Стоит вас оставить наедине с собой, и вы быстро теряете идентичность с самими собой… Ты называешь себя Гариб — но это слово ничего не значит. Кому нужно ничего не значащее слово?
— Но имя и всё такое… Они необходимы для самоопределения. По нему меня опознают другие.
— Как можно опознать другого, не определив самого себя по сути? Не по внешним, присвоенным признакам? Ты сказал — Робот, а я услышал — Автомат. А человек — не автомат? Как опровергнешь? Не через представление, а через реальность сути… Да и где живёт твоё представление — ты тоже не укажешь… Люди — миражи и фантомы.
— Да?! И так было всегда?
— Сомневаюсь… Подозреваю… Не так… Когда-то вы упали в реку энтропии. Сегодня хаос готовится поглотить вас. Тех, кто живёт в собственном воображении…
— А разве хаос не элемент того же воображения?
