— У вас — да! Термодинамика наоборот… Чем больше нейронов вы включаете — тем хуже соображаете. Но лучше отражаете… Твоего Я не видно. Оттого — обидно…
И Тень расхохоталась. То ли от собственного бессилия, то ли от ничтожности личности Гариба, которую увидеть нет никакой возможности. Расхохоталась и пропала… Кто здесь фантом?
***
Дзуля ожидала Гариба. Небольшой квадратный стол посреди овального кабинета. Правительница мира предстала в трёх разных лицах и телах. Но тела и лица действуют не синхронно, каждое имеет самостоятельность. Крайняя справа указала рукой на стол, левая улыбнулась, средняя сказала:
— Я приготовила твоё любимое… Не ограничивай желаний.
На столе хлеб, сыр, какие-то горячие блюда, напитки в стеклянных ёмкостях…
— Я пришёл сегодня не один. В следующий раз — ведь он случится? — мы прибудем вдвоём ощутимо…
— Для меня ощутимо иное. Или неощутимо, — сказала средняя Дзуля, — Нет значения.
«Что Тень, что Дзуля, — с тоской подумал Гариб, — Все из одного сосуда. Мне из него не пить. Но попробовать придётся…»
Он сделал храбрый глоток жёлто-зелёного напитка. По «ощущению» — за пятьдесят алко-градусов. Неплохо для старта…
Левая Дзуля сказала глубокомысленно:
— О загадках человеческого мозга говорить не будем. Их слишком много для одного разговора. Мыслит человек всё одно не мозгом. По сути вы безмозглые существа… Нет ведь зеркала, в котором ты, Гариб, можешь увидеть себя. Своё Я… Или Альтер-Я… Что без разницы… Вас можно заметить только по следу, оставляемому в реальности. Исчезающие отпечатки в волнениях материи…
Гариб сделал ещё глоток. Сопроводил солидным кусочком мяса. Медленно прожевал, проглотил и сказал:
— Как ты определяешь лимиты народонаселению Фонзы? С такими туманными взглядами на личность…
— Я отменила динары и дирхемы, потому что вы сделали их предметом раздора. Виртуальные финансы не возбуждают халявных чувств. Исчезла скрупулёзность подсчётов. Жадность и соревновательность пропали. Или спрятались в невидимом, недостижимом Я.
— Ты наполнила мир зрелищами. Ты обеспечила его избытком хлеба насущного в разных видах. Но люди твои худы и тощи. Или чрезмерно жирны. Тебе не стыдно? Ко мне приходит Тень. И болтает всякие глупости. Что ты знаешь о ней?
Средняя Дзуля, всплеснув по-Лориному вполне человеческими руками и расширив глаза, промолвила:
— Они — независимые эксперты. Волонтёры… Рассредоточены по планете. Нет, по Фонзе…
— Космос? — ограничился кратким вопросом Гариб.
Все три Дзули согласно кивнули. Лица их различались в мелких деталях. Присматриваться надо, чтобы не перепутать. Как близнецов Преториума. Но напиток, оказавшийся приятным на вкус и цвет, исключал тягу к внимательности. Хорошо они стоят… В одинакового покроя платьях сюрреальной расцветки. Уютно в гостях у Дзули. Жаль, раньше не знал.
— Чем Фонза привлекла Космос? — спросил он, отправляя в рот кусочек жареной рыбки, — Тем, что человечество вошло в эпоху интеллектуального застоя?
— То есть упёрлось в тупик, из которого нет выхода, — заговорил голосом левой Дзули Альтер, выйдя из молчаливой невидимости, — Твоё виртуальное пространство исчерпало качественный ресурс, — левая Дзуля простерла обе руки к двум другим Дзулям, — Оно может только экстенсировать количество. Принципиальных прорывов не предполагается.
— Ближний Космос экономически не выгоден, — сказала, повернув бледное лицо к левой, правая Дзуля, — А возврат к реальным деньгам невозможен.
— А дальний Космос, — продолжила средняя, — никому не интересен. Звёздной романтики нет. Ты, Гариб, знаешь, что такое звёздная романтика?
— Разве что у Лишних она осталась, — сказал он, внимательно осматривая незнакомое блюдо, похожее на клюквенный кисель из детства на Ферме, — Но у них нет возможностей Фонзы. Ничтожная конспиративная вероятность сохраняется…
— Нам предложили полностью прикрыть Лунный проект, — сказала средняя Дзуля, — Справедливо. Людям, в общем, делать там нечего. Их даже лунные артефакты не интересуют.
— А как ты добилась воцарения либерально-коммунистического Полдня? — спросил Альтер, не отпуская левую Дзулю, — Никто ничего не делает, но имеет всё желаемое. Очень ленивый Полдень получился. Напоминает человеческую ферму. Где люди вместо овощей и коровок. Я о Фонзе.
— А что случилось с генной инженерией? — продолжил любопытство Альтера Гариб, — Медицинские роботы справляются с этим? Или нет? Недавно их во мне побывало столько! Они мне ничего не реконструировали?
Средняя Дзуля изящно взмахнула длинным рукавом цветастого платья и сказала:
— Что ты всё к себе склоняешь разговор? К тебе мы вернёмся в более удобный час. В моря-океаны ведь вы, люди, тоже не хотите… Есть подводные лаборатории, пустые поселения при подводных фермах. Ты попробуй, не смотри. Желе из морских водорослей, очень полезно для сосудов. Народу там неинтересно, не романтично. Сплошь роботы. А программы буксуют. Отсутствие рядом человека — главный тормоз. А если не надо — то зачем?
«Какой замечательный вопрос! — повторил Гариб — Но почему „не надо“ случилось?»
