Верхнее освещение центрального зала (который имел 121 метр в длину и 46 метров в ширину) осуществлялось благодаря многочисленным окнам, высоким и узким, в торцевых фасадах. Сами фасады, из тёмно-бордового кирпича, «оживлялись» светлыми бетонными перемычками окон.
Зал был оборудован действительно по последнему слову техники: к нему была проложена железнодорожная ветка, предусмотрена дорога для тяжёлых автомобилей. К каждому выставочному стенду подведены газ, электричество, вода и телефон.
С юго-западной стороны здания в стену была вмонтирована скульптура Германа Брахерта «Рабочий». Так подчёркивалась основная идея — пафос технического прогресса, а также связь «автономности формы» с конкретным производством.
Надо сказать, Хопп и Брахерт во многом были единомышленниками — и даже дом семьи Брахерт в Раушене (ныне Светлогорск) — тот, где теперь музей, спроектировал именно Хопп. Просто — и предельно функционально. Как всё, что он делал. И мысль о пролетариате как гегемоне обоим — и Хоппу и Брахерту — казалась вполне справедливой.
При нацистах Дом техники был переименован в Дом Шлагеттера (убитого в 1928 году члена НСДАП, провозглашённого «мучеником партии»). Здание использовалось для крупных манифестаций и политических сборищ. В частности, там выступали и Геббельс и Гитлер.
Во время Второй мировой войны по Дому техники нещадно лупили и с воздуха, и из артиллерийских орудий. (Ещё и потому, что рядом находился один из опорных пунктов обороны гитлеровцев — башня Врангеля.)
Дом техники, 1930-е годы
Крыша здания была разрушена полностью, выгорели внутренние помещения. Но руины выглядели мощно и благородно. Особенно со стороны канала осенью — чёрные, обугленные вертикали фасада, голые ветви деревьев, снег и вода…
Торгово-развлекательный комплекс «Эпицентр», возникший в 2005 году на месте руин, может быть, тоже в какой-то степени функционален. Но пафос у него совершенно другой… Впрочем, это уже не имеет отношения к Хоппу.
Ещё один объект, спроектированный архитектором, — Штадтхаус на Ганзаринг, 3/7. Теперь это здание городской администрации (мэрии) Калининграда на площади Победы.
Первоначально это был Торговый двор Немецкой восточной ярмарки. Его построили в 1925 году в рекордно короткий срок — всего за семь месяцев. При возведении Торгового двора впервые в Кёнигсберге был применён способ сооружения железобетонного внутреннего каркаса с массивными навесными стенами. На первом этаже располагались магазины, посередине здания — под стеклянной крышей — выставочный зал, по периметру — офисные помещения. На втором этаже были оборудованы выставочные помещения, с третьего по пятый этаж — «расквартированы» многочисленные бюро различных фирм и компаний. В подвале — уютный ресторанчик.
И даже когда в 1929 году в здании разместился магистрат Кёнигсберга, значительных изменений оно не претерпело.
Восточнопрусская ремесленная школа для девушек на Бетховенштрассе, 1930-е годы
«Уделали» его при советской власти, в три приёма: в пятидесятые (превратив прямоугольное сооружение в куб, покрыв кирпичные стены штукатуркой и «присобачив» к фасаду навес); в шестидесятые (когда мэрию ещё больше «осоветили», плотно оштукатурив поверх старой «шубы») и в девяностые (когда навес превратился в нечто бетонно-монументальное, на колоннах-подпорках, столь же грациозных, как ноги слона).
Но, опять-таки, к функционализму Ганса Хоппа это отношения не имеет.
В 1922 году Хопп спроектировал здание аэровокзала кёнигсбергского аэропорта Девау. Первое в Германии и одно из лучших в Европе.
Девау считался базовым аэропортом Русско-Германского общества воздушного сообщения Дерулюфт. Отсюда 30 апреля 1922 года в Москву полетел первый самолёт РР1 под управлением немецкого лётчика Э. Юста, сюда — некоторое время спустя — лётчик Иоахим Штольброк, первым в Дерулюфте налетавший 100 тысяч километров, доставил из России… медвежонка и лису. Подарки для Кёнигсбергского зоопарка.
…Кстати, интересно отметить, что Кировский универмаг в Ленинграде и Дом культуры автозавода имени Лихачёва в Москве здорово «отдают Хоппом» — явно будучи и функциональными и конструктивистскими!
В 1929 году на западном берегу Замкового пруда по проекту Хоппа была построена гостиница «Парк-отель», самая фешенебельная в Кёнигсберге.
Асимметричное здание отличалось исключительной целесообразностью и архитектурного замысла, и его исполнения — пятиэтажный блок с примыкающими к нему шестиэтажным лестничным трактом и двумя флигелями.
На первом этаже — фойе и знаменитый пивной ресторан с выходом на берег пруда (там были сооружены крытая и открытая террасы). В южном флигеле — магазины, конференц-залы, читальный зал и библиотека. На других этажах — гостиничные номера.
Тёмный природный камень, из которого были сложены флигели, удачно оттенял оштукатуренный главный блок.
