В начале 1980-х годов на восточном конце долины Пеньяс-Бланкас, там, где река прощается с Детским вечным тропическим лесом, разрабатывалась территория вокруг Лагуны Поко-Сол. Затем там случилась смена владельцев, и новые хозяева завезли сотню голов крупного рогатого скота. Они вырубили деревья и построили небольшой крытый загон, который забили пиломатериалами. К середине 1980-х годов вырубка прекратилась, и скот исчез. Вольф часто бывал в Поко-Сол, когда ходил через Пеньяс, и всегда думал о том, как творческое мышление и преданность делу, подкрепленные упорным трудом, могут изменить этот оазис в джунглях, в месте, которое всегда очаровывало его. В 1989 году Вольф оказался втянутым в одно дело в Поко-Сол, которое оказалось испытанием для его авторитета, проверило на прочность его брак и его репутацию.
«Мой интерес к Лагуне Поко-Сол подрастал каждый раз, когда я ее видел. Мне бы очень понравилось иметь один гектар земли для коттеджа у такого вот озера. Участок был размером 300 гектаров, с лагуной и тремя водопадами. Там еще были горячие источники, с серной глиной, похожие на горшки; мы их называем
Как-то одной прекрасной ночью лежал я на пачке пиломатериалов в Поко-Сол, и благоухания душистой цедрелы усыпили меня. Поутру, когда я проснулся, мне стала совершенно очевидна уникальность этого места и широкие перспективы его будущего. И у меня появилась мечта, что Поко-Сол сможет быть небольшим, хорошо организованным местом для отдыха, привлекательным для местных жителей как участок для пикников в выходные дни.
Сам я не планировал участвовать в развитии Поко-Сол, но начал продвигать свою мечту. Мне в голову пришла мысль, что семья Корралес, которая продала Лиге свою землю в Пеньясе за значительную сумму, могла бы быть заинтересована в покупке этого участка. Это семейство в целом поддерживало идею защиты леса. В результате проведенной мною разъяснительной работы Кармело Корралес заключил сделку с владельцами Поко-Сол по очень разумной цене около 50 000 долларов США.
В тот день в 1989 году, когда Кармело отправился вместе с владельцем за соглашением о покупке, я пошел с ними. Когда этот документ составляли, я сказал, что тоже готов поставить свою подпись на нем. Через пару месяцев я узнаю, что Кармело не успел вовремя сделать первый взнос. Стремясь избежать нарушения сделки, я взял в долг необходимые деньги и произвел нужный платеж. С тех пор я был вовлечен в это дело и даже взял на себя ответственность отслеживания своевременности внесения оплаты.
Ну, все, кто знал об этой истории, были уверены, что я пропал. Ведь я мог потерять свою ферму. Но я все еще верил в свою мечту. Я не хотел, чтобы сделка провалилась, полагая, что вскоре все устаканится, и все будет хорошо. Коммуна Сан-Мигель, казалось, все сильнее демонстрировала интерес к строительству моста через реку, что обеспечило бы более безопасный переход для лошадей и коров. А еще мост сделал бы Поко-Сол более доступным, и привлек бы больше людей в эти края. Вот тогда в дело и включился Чико Рейес, землемер, который работал в Лиге. Он стал партнером, когда увидел, в чем заключались мои обязанности. Он понял, что здесь есть возможность заработать деньги, если инвестировать в это предприятие. Поскольку Кармело не выполнял договор купли-продажи, мы с Чико работали вместе, пытаясь сохранить сделку в живых и не позволить владельцу отказаться от контракта.
Я просто хотел, чтобы кто-то взял эту землю, и независимо от этого, как владелец, стал бы ее обустраивать. Монтевердская Лига сохранения в то время приобретала недвижимость вблизи Поко-Сол. Они создавали Детский вечный тропический лес в долине Пеньяс. Моя собственная мечта о небольшом месте для отдыха местных семей не нашла поддержки среди моих партнеров, которые хотели заработать деньги на землях. Лига тоже не пришла в восторг от моей идеи. Они планировали создать там исследовательский центр. Но я был весь поглощен своим проектом, и в запасе у меня имелось несколько вариантов.
Джим Крисп, который был директором Лиги с 1988 по 1991 год, знал про непростую ситуацию, в которой я оказался. Он надавил на Лигу, чтобы та приобрела землю. Я был членом правления и продавцом, поэтому оказался, что называется по обеим сторонам забора. Стоимость земли выросла, и мои партнеры хотели максимально использовать сложившуюся ситуацию. Я пытался держаться подальше от переговоров, но теперь получалось, что на самом деле я зарабатываю деньги.
