Дома у мамы клининговая компания в моем лице и лице юного, веселого и трудолюбивого узбека взялась за работу. Мама предпочитала все готовить сама, а вкусная пища в ее понимании должна быть очень жирной. И как следствие на кухне присохший жир был повсюду. Я залила все поверхности и полы какой-то едкой и вонючей гадостью, и дала химии растворить смесь жира и грязи. Чтобы не задохнуться, нам пришлось открыть окна. Тяжелый морозный воздух клубился и застилал пол на кухне. Гарри Поттер умер бы от зависти. Волшебство без магии.
Также я залила химией туалет и ванну. А мы с Женькой убирали жилые помещения. Все-таки трехкомнатные хоромы, набитые мебелью и вещами, в которых долго никто тщательно не убирался. Мы занимались уборкой четыре часа, и это был не самый легкий труд. Но результат нас удовлетворил. Из свалки квартира превратилась в приемлемое для проживания помещение.
Потом час мы потели над фотографиями. Ни он, ни я не имели необходимых навыков, но у нас получилось полупрофессионально. Конечно, фото не для обложки глянцевых журналов, но картинка выглядела привлекательней натуры.
Обожаю это чувство облегчения, когда груз падает с плеч. Работа сделана, и сделана неплохо.
И тут Женьку осенила мысль: кто будет показывать апартаменты? Блин, я не подумала.
Соседи? Почему бы не попробовать. Под нами живет очень доброжелательная семейная пара, ровесники моих родителей, у них две овчарки, и их дочь – моя подруга. Начну с них.
Звонок в дверь в интервале с 23.00 до 24.00 насторожит любого, даже молодого и уверенного в своих силах человека. А тут пожилые люди. Кроме того, наше вторжение не одобрили псы. Их громкий лай, по-моему, разбудил весь подъезд. Но вот собаки перешли на недоброжелательное глухое рычание, значит, хозяева рядом.
На что я надеялась в тот момент, не знаю. Все-таки внешность с возрастом меняется, мне 44 года, а отчий дом я покинула в 20 лет. Но дверь приоткрыли и меня назвали по имени. "Узнали", – подумала я. В узкий проем выглядывали две любопытные собачьи морды и ворчали на незваных гостей.
Я вкратце описала ситуацию, избегая подробностей маминого состояния здоровья. Зачем расстраивать людей ее возраста? Попросила их показывать квартиру покупателям, записала свой номер телефона, передала мамину связку ключей и искренне их поблагодарила. И опять в путь.
В машине меня вырубило. Смуглый парнишка вез мое измученное и уставшее тело домой.
– Наташ, приехали, – разбудил он меня своим бархатным голосом с обворожительным акцентом.
Я с трудом разлепила глаза – сталинская двухэтажная завалюха, стремящиеся к земле окна моих апартаментов на первом этаже – мы на месте. И поперлась домой. Блин, как же мороз бодрит, но не сегодня, парень, я не дам тебе возможности разбудить меня. Я устала, очень хочу спать.
Глава 9
Боже, ненавистный звук будильника, не хочу просыпаться, мне нужен покой. Но мое второе суперответственное “я” вытаскивает меня из постели, вливает в меня крепкий кофе, заставляет делать физические упражнения и тащит в душ. Потом еще и пичкает завтраком. Я злюсь на себя, потому что мое второе “я” неуправляемое.
Сегодня легкий день: просто создать и разместить объявление о продаже жилья в интернете. Закуриваю сигарету и слышу возмущенный бархатный голос из спальни:
– Ты же обещала, что бросишь!
– Женя, спи, одна сигарета – это не считается.
Докуриваю и вперед, выживать самой и бороться за жизнь матери.
Машина-дорога-мини-пробка-кабинет-компьютер. Составляю публикацию о реализации квартиры, а потом читаю. Боже мой, какой убогий текст! Чувствуется отсутствие художественной литературы в жизни автора и присутствие коряво написанных нормативных документов уголовно-исполнительной системы и такого же качества служебных писем. Но выше головы не прыгнешь. Загружаю фото и публикую объявление на всех сайтах, содержащих раздел продажи недвижимости. Параллельно слушаю пришедших на работу подчиненных. Вроде, все под контролем, и мое вмешательство не требуется. В руководстве я всегда придерживалась принципа – не навреди. Мои подчиненные иногда знали и умели намного больше меня, потому что имели более богатый опыт в работе с оружием.
Мысленно перехожу к следующей проблеме – реализации гаража, но мои размышления прерывает телефонный звонок. Это номер мамы. Что-то обрывается внутри, без особых причин, и мной овладевает ужас и паника. Но разговор не принес каких-либо страшных новостей. Она попросила меня не приезжать, потому что продуктов у нее достаточно, а моя рожа вызывает у нее тревогу за мое здоровье.
– Немного простыла, – тут же вру я. По телефону врать легко, а глядя человеку в глаза – очень сложно. У меня все на лице написано.
