Он надумал взять с собой Мирослава на фуршет, посвященный благотворительному конкурсу красоты, чтобы пообщаться с ним неформально, посмотреть, как далеко они зайдут после, если Богдан предложит Мирослава подвезти. И за-за этих предстоящих планов Богдан все время выпадал из реальности, словно вернулся в юность, где предстоящий секс становился главным событием дня.
– Можно к вам? – постучал и открыл двери Мирослав.
– Конечно, привет, проходи.
Незаметно сглотнув, Богдан закрыл документ, в который тщетно вчитывался последние пятнадцать минут, и поднялся.
– Сегодня вечером у нас культурная программа, Мирослав. Любишь конкурсы красоты?
– Никогда на них не бывал, – скривился тот.
Почему-то Богдан не сомневался, что конкурс красоты – последнее место, где Мирослав хотел бы присутствовать.
Он не выглядел как тусовщик или мажор и не был ценителем женской красоты, как успел узнать Богдан.
Взяв картонный пакет с блестящими буквами на боку, Богдан поставил его на стол перед Мирославом, а сам встал рядом, прислонившись бедром к столешнице. Посмотрев на пакет, а потом на мэра, Мирослав так и застыл, наверняка не решаясь задать вопрос, крутившийся на языке. Неговорливый ему попался помощник. Тогда Богдан жестом попросил его заглянуть внутрь. Для Мирослава он выбрал довольно элегантный и дорогой черный костюм, правда, с размером до последнего сомневался, вот и планировал предложить стажеру примерить его – чтобы было время на замену.
– Ого, – округлил глаза Мирослав. Он вытащил брюки и так и замер с ними в руках. – Одежда для меня?
– Да, как я и сказал, мы вечером идем на прием. В таких местах есть дресс-код, а раз уж ты будешь со мной…
– Я с вами?
– Конечно. Для развития социального имиджа расскажем СМИ о программе, по которой ты пришел работать.
– Это обязательно? Я не особо…
– Перестань, ничего от тебя не требуется, а в таком костюме будешь звездой вечера, – ухмыльнулся Богдан.
Шмотки Мирослав все же распечатал, с любопытством исследователя разложил на столе штаны, пиджак, а рубашку оставил на дне.
– Не уверен, что с размером угадал.
– Не знаю, что сказать, – неловко переступил с ноги на ногу Мир. – Вы не обязаны тратить на меня деньги даже из-за конкурса.
– Не обязан, но мне захотелось.
– Даже не знаю, – повторил Мирослав.
Богдан сделал к нему шаг.
– Давай разберемся с размером, сможешь примерить это все сейчас? У меня есть небольшая служебная комната, где ты…
– Почему не здесь? – Мирослав вскочил и сразу же сбросил с себя куртку, следом стащил через голову объемный свитер
Остался в одной белой майке.
Богдан так и застыл, разрываясь между долгом – сказать Миру, чтобы немедленно прекратил стриптиз в кабинете, куда в любой момент могут войти люди и поставить точку в его карьере, – и желанием и дальше созерцать его полуобнаженное тело. То, что он уже успел заметить, было очень многообещающим.
Бледная кожа, тонкая талия, а шея с ключицами, м-м-м, как тут удержаться?
– Примерь рубашку, пожалуйста, она в пакете осталась, – выдавил из себя Богдан и пошел закрывать двери.
Он повернул защелку и еще секунд пять стоял спиной к Мирославу, собирая мысли в кучу. Ему одинаково хотелось и не хотелось наблюдать за Мирославом, за очередной провокацией мальчика, который знал, чего он хотел, и шел к своей цели.
Этой целью был Богдан.
Богдан ощутил покалывание в пальцах, а в паху потяжелело. Он был желанным…
– Вроде бы рубашка подходит, – послышался голос Мирослава.
– Чудесно.
Мирослав сосредоточенно застегивал пуговицы, стоя посреди кабинета в носках, штанов на нем уже не было.
Голод. Похоть. Желание.
Вот что Мирослав видел в глазах Богдана, показывая маленькое театральное представление. Он медленно расправил полы рубашки, вытянул руки в стороны, осмотрел длину рукавов, правого, потом левого, повернулся вполоборота и поинтересовался:
– Сзади тоже нормально?
Оглянувшись через плечо, Мир поймал взгляд Богдана на своих бедрах.
Его в жар бросило от осознания, что Богдан пристально рассматривал его тело, скользил по нему, оставляя отпечатки своего интереса, как аморфные воздушные поцелуи.
– Размер подходящий, – спокойно сказал Богдан.
Он продолжил подпирать двери, как сторож, одну руку засунув в карман, во второй держа телефон.
– У тебя что, привычка раздеваться перед незнакомцами? – спросил Богдан, едва Мирослав наклонился, чтобы надеть штанину на правую ногу. Он делал вид, будто с трудом держал равновесие, стоя на одной ступне, дабы Богдан мог сполна насладиться видом.
Мир знал, как на его тело реагировали парни.
Им нравились его ноги, задница, туго обтянутая бельем, как-то раз мужчина признался Мирославу, что фанатеет от его лодыжек…
– Только перед теми, кто мне нравится, – пожал плечами Мирослав. Он еще вчера раскрыл карты и теперь не видел смысла играть в намеки. – Ну и перед теми, кому нравлюсь я.
– Даже так?
Рассмеявшись, Богдан сделал несколько шагов.
И по мере того, как они становились ближе, Мирослав дышал все быстрее.
