Он с трудом скрывал свое возбуждение, утратив интерес ко всему, что было вокруг, неотрывно всматриваясь в лицо мэра. Видимо, тот умел скрывать свои эмоции, потому что Мирослав больше не замечал в нем огня, который проскользнул во взгляде несколькими минутами ранее. Но Мир и не думал, что Богдан завалит его прямо в кабинете и оттрахает на столе, своим переодеванием он собирался подтолкнуть Богдана, дать их зарождающимся отношениям новый импульс. Слишком долго они топтались на месте.
– Думаешь, ты мне нравишься?
– Я даже уверен в этом, – приподнял подбородок Мирослав.
И потом, совершенно внезапно, Богдан вытянул руку и схватил его за шлейку на брюках, притягивая к себе. Близость Богдана – к счастью, между ними хотя бы оставалась одежда – обожгла Мирослава. Он едва ли не задохнулся, моргнул несколько раз и уставился в глаза Богдану. Конечно, он и раньше разглядывал малейшие черты его лица на фотографиях, увеличивая их в десять раз, но, пребывая на расстоянии поцелуя, который почти повис между ними, сходил с ума. От напряжения у Мира едва голова не закружилась. Сколько они простояли в объятиях друг друга?
Время для Мира остановилось, он с жадностью вглядывался в глаза напротив, с трепетом ожидая.
Сам того не заметив, он начал возбуждаться. Член налился, затвердел, почти встал, и, разумеется, Богдан, прижимающийся к нему бедрами, тоже это ощутил. Но его хватило только на кривую усмешку, и тут Мирослав уже и сам разозлился.
Он хотел большего, он заслуживал большего…
– Какой ты быстрый мальчик, уже думаешь о чем-то неприличном? – Богдан погладил Мира по щеке.
– А вы?
Рука мэра прошлась по его подбородку, скользнула по шее и…
Исчезла.
Закончилось все быстро, как и началось. Как будто кто-то выключил лампочку. Богдан отстранился.
Идя к столу, он бросил Мирославу:
– Одевайся, мой кабинет – не самое подходящее место для стриптиза.
– А какое подходящее?
– Я не сказал, что подходящее место для нас есть вообще, – ухмыльнувшись, Богдан уселся за стол. – Костюм забирай с собой, конкурс красоты начнется в шесть вечера, нам нужно быть на месте в пять тридцать. Ты сможешь подъехать к мэрии?
«Да ну тебя на хер», – подумал раздосадованный Мирослав.
Он неаккуратно стащил с себя рубашку, едва не вырвав одну пуговицу, так же поступил и со штанами… Пусть он и не рассчитывал на секс, но и пренебрежение терпеть не собирался. Богдан хотел его, Мир не сомневался, он видел своими глазами. Почему же Богдан делал вид, что между ними не летали искры?
Политик, блин.
– Мирослав, заехать за тобой или сам?
Забавно склонив голову, Богдан оторвался от своих бумаг.
Он молча наблюдал секунд тридцать за тем, как Мирослав складывал в пакет скомканную одежду, натягивает на ноги родные джинсы.
И когда Мирослав набросил на плечи куртку, почувствовал себя немного спокойнее.
– Ну же, не веди себя как ребенок, которому не дали сладкого.
Мир уже не сомневался, что мэр получал удовольствие от этой игры.
– Как вам будет угодно, но на свой сраный конкурс красоты поезжайте сами. До завтра.
Впервые с тех пор, как вошел в кабинет, Мирослав позволил себе ответную улыбочку. Придется Богдану Александровичу, если Мир ему хотя бы немного интересен, самому сделать следующий шаг.
Вот так все и закончилось.
Мальчик ушел и хлопнул дверью, словно у себя дома.
Вдохнув полной грудью, Богдан поборол в себе желание бросить что-то на пол, разломать на части статуэтку из числа подаренных партнерами и соратниками, швырнуть в стену смартфон или загнать дротик в картинку с зимним пейзажем на стене.
Но он же не малолетка, в самом деле.
Ярость покинула его молниеносно, как и настигла ранее. Остались только сомнения. Ну и немного возбуждения.
В этом кабинете, несмотря на все возможные последствия, Богдан хотел Мирослава. Перед глазами до сих пор прыгали картинки, манящие и неприличные. Страсть затуманивала разум, и он лишь в последний момент сдержался. Впрочем, и обижать Мирослава Богдан не планировал, думал, что тот с удовольствием продолжит и поддержит его игру, но, видимо… перегнул палку.
Или задел за живое?
Усевшись в кресло, Богдан приказал себе прекратить думать об этом.
В конце концов, Мирослав поступил как идиот, начав раздеваться в кабинете мэра. На что он рассчитывал?!
Богдан закрыл двери, да и деловых встреч на ближайший час не назначал, но в кабинет мэра могут пожаловать в любой момент и без предупреждения, хотя бы Зиночка решит проверить, все ли у них в порядке, кофе принесет. Что случилось бы дальше: закрытый кабинет, возня за ним, нелепые оправдания и, наконец, картина маслом – мэр заперся со своим молодым стажером… Так что да, разглядывая Мирослава, Богдан думал и о желаниях, и о себе любимом. Интрижка с Мирославом, которую он мог себе позволить, точно исключала секс в кабинете, какой бы манящей ни была фантазия для его измученного возможностями сознания.
