Умыв тебя, а затем убрав следы болезни, мама укладывает тебя в кровать. Ложась, ты вдруг замечаешь свое отражение в зеркале. Ты всхлипываешь от ужаса, который тебя охватил. Бледный цвет лица, с темными кругами под глазами и впалыми щеками. Худое чахлое тело, выступающие кости ключиц. Ничего от прежней красавицы. Даже глаза утратили свой былой блеск. Ты напоминала скорее высушенную мумию, чем молодую красивую девушку полную сил и планов на прекрасное будущее.
– Хани, это все терапия. – Мама пытается успокоить твой ужас от отражения. – Ты же помнишь, доктор Кэтлин, сказала, что все вернется в прежнее состояние. – Она с заботой гладит тебя по голове, пока у тебя безмолвно катятся слезы. – Вот увидишь. Нужно немного потерпеть и восстановиться после курса. Я так тебя люблю, милая. Пожалуйста, будь сильной для нас. – Мама уже сама с трудом сдерживает свои эмоции, глядя на твое измученное лицо.
– Да, мам. Я справлюсь. Обещаю.
Мама сидит возле тебя еще какое-то время, пока ее не отвлекает звонящий телефон, оставленный в другой комнате. Ты настолько погружаешься в свои мысли, что не замечаешь, какую-то суету в коридоре.
«Хорошо, что Иен не видит меня в таком состоянии.» – проносится в твоей голове, в тот момент, когда раздается стук в дверь.
– Можно войти?
– Конечно. – Выдыхаешь ты, сразу узнав голос миссис Руби. Наконец все встает на свои места. Ты понимаешь, что Мэй говорила о твоем преподавателе.
Дверь открывается шире, и наконец входит она. Только сейчас ты понимаешь, что она могла прийти вместе с Эйданом, но, к счастью, она была одна.
– Прости, что долго шла к тебе. Я не знала, как ты отреагируешь на мой визит.
– Миссис Руби, вы зря волновались, я рада видеть вас. – Ты привстаешь в кровати.
– О не волнуйся, Хани, лежи если нужно. Я ведь все понимаю.
– Все в порядке. Мне так тоже удобно. – В комнате повисает неловкая минутная тишина. Ты понимаешь, что миссис Руби не ожидала увидеть тебя в таком состоянии. – Как дела в школе?
– Все отлично, как и всегда. Занятия возобновились. Кстати мистер Эйдан тоже хотел прийти, но ему поставили еще одну дополнительную группу в расписание.
– О, это хорошо, что он не смог. – Ты смущенно опускаешь глаза вниз. – Я бы не хотела, чтобы он видел меня в таком состоянии. Вашего внимания мне достаточно. – Ты улыбаешься, стараясь показать, что у тебя все не так плохо. – Попросите его не приходить.
– Ты уверена?
– Да. Мне хочется для начала прийти в себя после курса.
– Хорошо. – Она, улыбаясь, накрывает твою руку своей. – Ты невероятно сильная, Хани, и ты это знаешь. Даже одно то, что ты легко отпустила Иена с Бэти, вызывает восторг.
– Что? – Ты меняешься в лице, как и миссис Руби, понимая, что она сказала лишнего.
– Прости. Я не знала, что ты не знаешь. Мне пора. – Миссис Руби спеша пытается подняться с кровати, но ты сжимаешь ее руку с непонятно откуда взявшейся силой.
– Миссис Руби, я хочу знать все. Не заставляете меня томиться в догадках.
– Я не уверенна, что это правильно. Может Иен сам обо всем расскажет?
– Миссис Руби, пожалуйста. Почему они уехали вместе? Куда?
– Хани…
– Пожалуйста.
– Комиссия приняла решение, что Иен может воспользоваться выигранным вами предложением, при условии, что он представит комиссии, новую партнершу.
– И конечно же он выбрал Бэти.
– Ты знаешь, что она после тебя лучший вариант. Они приступили к тренировкам через несколько дней после самого конкурса и известии о твоей болезни. – Миссис Руби делает более уверенный тон, заглядывая в твои потерянные глаза. – Ты же понимаешь, Хани, это очень важно.
– Значит они уехали на неделю вместе?
– Неделю? – Она удивлено приподнимает бровь. – Если все пойдет хорошо, то в ближайший год они не вернутся, таковы условия контракта.
– Год? – Твой голос предательски задрожал, а сердце сжалось в комок. Только сейчас все стало на свои места в твоей голове. Ты поняла почему Иен вел себя в последние дни так странно, ведь он прощался с тобой.
– Мне так жаль. Жаль, что ты узнала это от меня.
– Вы не виноваты, миссис Руби. Никто не виноват. – Ты делаешь паузу, смотря пустыми глазами в одну точку. – Я бы хотела остаться одна.
– Прости. – Миссис Руби виновато вздыхает и уходит из твоей комнаты.
Ты слышишь, что они с мамой о чем-то беседуют, но тебе все равно. Ты понимаешь, что полностью опустошена. Твой любимый предал тебя, но ты даже не имеешь права на него злиться, ведь ты сама желала ему счастья. Обида и боль на болезнь сковало твое тело. Хотелось громко кричать, но даже на это сейчас у тебя не было сил. Вскоре мама зашла в комнату, она что-то говорила, гладила тебя, но ты совершено не слыша ее. Словно у тебя выключили звук. Даже ее всхлипы не приводили тебя в чувства. Ты продолжала смотреть в одну точку своими пустыми болезненными зелеными глазами. Затем, уже вечером, ты слышала, как пришел отец.
