– А, так это ж целая жизнь! – усмехнувшись, воскликнул Скотти. – Найдем, не переживай! И не таких разыскивали, ага…
Он подвинул к себе пухлый ежедневник и, выдернув ручку из позолоченной подставки, принялся что-то быстро писать.
– Ну а со складником что? Кого теперь тебе надо обчистить? – продолжая елозить стержнем по листу, спросил Скотти. – И опять же сколько тебе дал? Короче, расскажи, что случилось в пещере?
Собравшись с мыслями, Нельсон, как мог сжато, рассказал старому другу о случившемся в пещере у складника. Скотти слушал внимательно, разве что не сразу бросил ручку – прежде дописал что-то в свой ежедневник, но затем только внимал словам проходимца. Яркая мимика хозяина была красноречивей любых слов: одни моменты вызывали у него удивление, другие – огорчали, третьи погружали в думы. Когда Нельсон закончил, Скотти еще какое-то время сидел, рассеянно глядя сквозь проходимца и постукивая ручкой по краю стола, а потом медленно, смакуя каждую букву, произнес:
– Доминик Орвиль… Доминик, мать его, Орвиль… Раздербань меня дракон, если я когда-то слышал это имя!
– Хреново, если не слышал, – с кислой миной сказал Нельсон.
– Не то чтобы прямо хреново – в конце концов, есть масса людей, о которых я ничего не знаю. Но о тех, у кого имеется хоть что-то ценное, обычно как минимум слышал…
– Для складника необязательно ценно то, что ценно для нас, – заметил Нельсон. – Вспомни Тима Уотсона и его дурацкую табакерку, которой цена три цента. Знал бы я, насколько она бестолковая, просто выкупил бы эту безделушку у него, и дело с концом…
– Ну не кори себя, – сказал Скотти. – Ты был приперт к стенке. Тут многие сначала действовали бы, а потом уже размышляли. В любом случае это все прошлое, а нам сейчас надо решать проблемы настоящего – то есть искать Дина Картера и Доминика Орвиля.
Он сделал еще несколько пометок в записной книжке, после чего придвинул к себе телефонный аппарат и снял трубку.
– Можешь пока на диванчик прилечь, выпить чего-нибудь… – Скотти махнул рукой в сторону журнального столика, на котором стоял небольшой графин с янтарной жидкостью. – Стаканы там же. А я пока попробую выяснить что-то насчет этих… Дина и Доминика.
– Спасибо, старина, – поблагодарил Нельсон, поднимаясь из кресла.
– Спасибо в карман не положишь, – фыркнул Скотти. – Кьево?
Услышав заморское словечко, Нельсон невольно скривился. Он не понимал, зачем Скотти периодически вворачивает в свою речь нечто иноземное, но подозревал, что среди теневых воротил подобное считается признаком остроты ума. И сейчас Скотти просто не переключился – настолько привык к роли, выбранной много лет назад, что уже и забыл, где заканчивается его «лирический герой» и где начинается он сам.
– Кьево-кьево, – буркнул Нельсон, шагая к дивану.
– Вот и славно, – улыбнулся Скотти. – Ладно, отдыхай пока… но много, пожалуй, все же не пей – меньше чем через час уезжаем на дело.
– Чего? – Нельсон удивленно оглянулся на старого знакомца. – Какое еще дело?
– Мое, – весело ответил Скотти. – В котором ты мне поможешь. А я взамен найду твоего проходимца и… – он скосил глаза на записную книжку, – Орвиля, раздербань его дракон. По-моему, отличное предложение.
– Черт, Скотти, у меня сейчас как будто и без этого мало проблем, – бессильно простонал Нельсон. – Арчи, складник… Может, я все же сначала с ними разберусь, а потом помогу тебе?
– Да там такое дело… – поморщившись, отмахнулся Скотти. – Пустяк! Съездить в одно местечко и кое-что забрать. Проще некуда.
– Если все так просто, зачем тебе вообще моя помощь?
– Ну… Ты же согласен, что в любом деле очень полезно иметь рядом человека, которому ты целиком и полностью доверяешь?
– Слушай, ну если мы говорим о доверии, может, ты расскажешь мне про то «кое-что», которое тебе нужно забрать… и про людей, которые тебе это «кое-что» должны доставить?
Скотти шумно выдохнул и сказал:
– Ладно, ты прав: раз мы едем вместе, ты имеешь право знать, с кем мы встречаемся и для чего.
Пальцы его застучали по столешнице: Скотти заметно нервничал.
– Короче, это люди Гудмана, – наконец промолвил он. – Они должны привезти мне… несколько… артефактов.
– Что-что? – нахмурился Нельсон.
То, что у Скотти есть какие-то общие дела с Верном Гудманом, если и удивило проходимца, то не слишком. Скотти никогда не скрывал, что ведет дела с самыми разными людьми, от банальных «форточников» до главарей уличных банд. Гудман – это, безусловно, другой уровень, но, по сути, он всего лишь еще один человек из того преступного мира, куда закадычный друг Нельсона благополучно переехал около десяти лет назад.
А вот новость о том, что Гудман собирается отдать Скотти какие-то артефакты, вызвала у проходимца искреннее недоумение.
Скотти кашлянул в кулак и хрипло буркнул:
– Артефакты мне привезут, что.
– Я думал, люди вроде Гудмана и Фостера покупают, а не продают артефакты, нет?
– Так он и не продает их мне. Не отдает, а дает… на время. Для… оценки.
– Постой-постой… Ты что же… теперь проверяешь артефакты для мафии?
– Ну… – протянул Скотти. – Пытаюсь… да.
