О л я. Андрей, слышал? Какая странная история!.. Спит…
Р ы ж о в. Извините, я на минутку. Не помешал?
О л я. Нисколько.
Р ы ж о в
О л я. Если есть, лучше надеть.
Р ы ж о в. Есть.
О л я. Прекрасно. Только почему подкладкой наружу?
Р ы ж о в. Мне обычно жена завязывает.
О л я. Давайте я помогу.
Р ы ж о в. Спасибо. А вы не пойдете… с Андреем Павловичем?
О л я. Он неважно себя чувствует.
Р ы ж о в. А что с ним?
О л я. Ничего особенного. Юрий Сергеевич уже его смотрел.
Р ы ж о в. Он же райздрав — что он понимает! Сейчас я его послушаю.
О л я. Он только что заснул.
Р ы ж о в. Тогда пусть спит. Лучшего лекарства, чем сон, еще никто не придумал. Но если что-нибудь, не стесняйтесь — сразу в ресторан. Там половина гостей — медики.
О л я. Хорошо. А вы идите, Юрий Сергеевич так тут чертыхался: «Где он, что с ним?!»
Р ы ж о в. Иду.
О л я. В жизни всякое случается. Юрий Сергеевич, например, встретил сегодня женщину, которую не видел двадцать пять лет…
Р ы ж о в. Кого?
О л я. Тамару из родильного дома… В детской поликлинике она работает.
Р ы ж о в. Встретил все-таки… Я ее двадцать пять лет не встречал, а он встретил… Именно сегодня.
О л я. А свадьба? Вас же искать будут.
Р ы ж о в. Будут… Понимаете, пить он тогда начал… Сильно пил…
О л я. Кто?
Р ы ж о в. Юрка… Дела давно минувших дней… Мы с ним в одну девушку влюблены были. Так и ходили неразлучной троицей. А Юрка, черт, самолюбивый, гордый… Почувствовал, что он в этой троице лишний. А ведь он мне жизнь спас… В общем, пригласил я на выпускной вечер эту Тамару, ни на шаг от нее не отходил, провожать пошел, а утром Юрке сказал, что женюсь на ней. И чтоб разом все отрезать, попросил назначение куда-нибудь подальше. И остался мой Юрка с Лидой. А через год приглашение получил — на их свадьбу. А теперь вот — на Веркину.
О л я. И вы до сих пор ее любите, да?
Р ы ж о в. Трудный вопрос. Как говорят студенты, разрешите взять другой билет.
Лида! Лидочка!
Л и д и я И в а н о в н а. Не подходи! Не буду я с тобой целоваться! Обманщик, вот ты кто!
Р ы ж о в
Л и д и я И в а н о в н а. А ты думаешь, он тебя покрывать будет?
О л я. Да.
Л и д и я И в а н о в н а. Ну, теперь понятно, почему ты в гостинице застрял. И почему твой друг, у которого сегодня миллион дел, с Ольгой Васильевной тут отплясывал. Рассказывал он мне, все рассказывал! И как вы тут Ольгу Васильевну мемуарами донимали, и как шампанское распивали…
Р ы ж о в. А больше ничего не рассказывал?
Л и д и я И в а н о в н а. А было что-нибудь?
Р ы ж о в. Лидка, ты, по-моему, уже выпила!
Л и д и я И в а н о в н а. А как же! Что мы, ждать тебя будем? Да если б не Вера, я б за тобой и не пришла. Ты где пропадал, посаженый отец?
Р ы ж о в. Не сердись, Лидочка, срочно надо было одного человека в больницу устроить. Час главного врача ждал, потом час с ним ругался.
Л и д и я И в а н о в н а. Нет, ты просто ненормальный, Димка! Не мог Юре сказать? Позвонил бы он в эту больницу, и все.
Р ы ж о в. Это не его район.
Л и д и я И в а н о в н а. У нас там за столом все районы сидят.
Р ы ж о в. Ты же знаешь — не люблю я этого… Вот склероз, я же ее не предупредил! Извини, я сейчас…
Л и д и я И в а н о в н а. Куда ты?
Р ы ж о в. К горничной. Ей завтра мать в больницу везти.
Л и д и я И в а н о в н а. Сумасшедший! Нет, просто сумасшедший!
О л я. В Ачинск.
Л и д и я И в а н о в н а. Да-да, в Ачинск. Ну, что заставило его бросить Москву, уехать в эту глушь…