М у ж ч и н а. Здравствуйте… Извините, я, наверное, ошибся… Здесь все дачи так похожи… Да нет, пожалуй, не ошибся — дерева такого нигде нет…
О л я. А вам кого, гражданин?
М у ж ч и н а. Да, собственно, никого… Тут такая история — шел на озеро, хотел палатку разбить, порыбачить пару недель, а там посты, не пускают. Придется с рюкзаком обратно в город… Нет, я бы не бесплатно, я бы вам и рыбки свежей…
К и р и л л. О чем вы, папаша? Какая рыбка?
М у ж ч и н а. С озера. Посты скоро снимут — это больше для устрашения, мне старшина сказал. Так что, пока отпуск кончится, я еще порыбачить успею… Вот и подумал — оставлю у кого-нибудь в поселке свое снаряжение, а через пару деньков заеду и…
О л я. А при чем тут мы?
М у ж ч и н а. Видите ли, я здесь никого не знаю, а у вас тут я утром воду пил.
К и р и л л. Ну и что? У нас же не камера хранения.
О л я. Подожди, Кира, подожди!
М у ж ч и н а. Да, с сегодняшнего дня. И так вот неудачно…
О л я. А когда вам на работу выходить?
М у ж ч и н а. Через двадцать четыре дня, как всем служащим.
О л я. А где вы служите?
М у ж ч и н а. Если вас интересует ведомство, по которому я числюсь, — это управление культуры. Ну, а если конкретно, чем занимаюсь… Теперь это называется «эстетическое воспитание молодежи».
О л я. Эстетическое воспитание? Смотри-ка, Кира, мы в некотором роде коллеги. Садитесь, садитесь, пожалуйста! И я, и муж тоже работаем с молодежью, преподаем в Кораблестроительном институте. Кирилл Михайлович — детали машин, а я — английский. Зовут меня Ольга Николаевна.
М у ж ч и н а
О л я. Скажите, Вадим Петрович, а вам не очень утомительно — почти месяц в палатке, без удобств, вдали от людей? Когда этим увлекается молодежь, я еще понимаю, а вы…
В а д и м П е т р о в и ч. Привычка. Не первый год так отдыхаю. Комфорта, конечно, маловато, но зато — удовольствий!.. Утром солнце будит, а не будильник, и рыба не свежемороженая, а самая что ни на есть свежая. А дым костра! Ну, а что вдали от людей, так работа у меня такая — с утра до вечера на людях, хочется и отдохнуть…
О л я. Как я вас понимаю! У меня двенадцать групп, сто сорок человек. Порой так измучишься, что хоть в тундру беги, хоть в пустыню…
К и р и л л. Вот в Кисловодск сейчас едем.
О л я. Собираемся ехать.
К и р и л л
О л я. А что, если вы проведете свой отпуск здесь? Мы с мужем как раз хотели пригласить кого-нибудь, пока будем в отъезде.
В а д и м П е т р о в и ч. Я?! Но почему именно я, случайный прохожий?
К и р и л л. А вы у нас воду пили.
О л я. Не остри!
К и р и л л. Еще в калитку не вошли, а уже понравились.
О л я. К тому же мы еще и коллеги… Ну, так как, Вадим Петрович?
В а д и м П е т р о в и ч. С одной стороны, конечно, заманчиво… Бог знает, когда эти посты снимут… Говорят, через пять дней, а может, и через десять. Так и весь отпуск пролетит…
О л я. Конечно!
В а д и м П е т р о в и ч. А с другой стороны, я привык один, в лесу…
О л я. Да пожалуйста — взяли утром свои удочки и идите в лес хоть на целый день! Нам важно, чтоб вечером кто-нибудь рядом с мамой был. Все-таки у нее давление… А тут, если что — не докричишься. Дача у нас на отшибе.
В а д и м П е т р о в и ч. Да… А давление у мамы высокое?
К и р и л л. Двести двадцать на сто.
О л я. Не слушайте его! У нее не всегда так…
К и р и л л. Только когда мы приезжаем.
О л я. Кирилл!
В а д и м П е т р о в и ч. Подождите, я еще не решил.
О л я. Вот мы с мамой сейчас и решим! Знакомьтесь — это Вадим Петрович, а это — моя мама, Татьяна Андреевна.
В а д и м П е т р о в и ч. А мы уже знакомы.
Т а т ь я н а А н д р е е в н а. Простите, не припомню…
К и р и л л. Он у нас воду пил.
Т а т ь я н а А н д р е е в н а. А! Так вам еще?
О л я. Да нет, мама! Он не за водой, он на весь отпуск, он здесь будет жить.
Т а т ь я н а А н д р е е в н а. Жить? Где?
О л я. У нас, во времянке.
Т а т ь я н а А н д р е е в н а. Что все это значит?
О л я. Мама, он чудесный человек, занимается эстетическим воспитанием молодежи…
Т а т ь я н а А н д р е е в н а. А при чем здесь я?
