Она приблизилась и протянула ковш, держа его двумя руками.
Ковшик явно не был легким, а мне просто на просто не хватало конечностей…
Коробок из рук, получив молчаливое согласие, забрал наг.
Прохладная вода освежила и прояснила разум. Но на секунду. Следом по телу словно растеклось пламя, все стало намного резче, краски стали ярче, а золото слепило, словно я смотрел на светило. Благовония больше не давили, а странно заполняли легкие. Запахи стали острее, сводя с ума мозг от количества информации. И самым ярким среди благовоний был аромат моей Рин…
— Ч-что это? — выдавил я, вглядываясь в лицо девушки.
Красивая… И лицо такое знакомое. Кажется, раньше видел ее… И имя эльфийское. Странно. Мысли куда-то утекали, а я не мог ухватить их.
Девушка лишь мягко улыбнулась, с каким-то торжеством глянув на нага.
Тот странно скривился, но кивнул.
— Это подтверждение теории госпожи. Она сможет помочь вам с госпожой Айрин, — проворчал нехотя наг, посадив во мне еще больше вопросов.
— Но что это за вода? — задал я наиболее значимый для меня вопрос.
— Это вода из родового источника Санкаршана.
Санкаршана… Это же род раджи, насколько помню. И…
— И зачем мне его дали?
Девушка достала из небольшой сумочки на талии зеркальце и протянула его мне.
Загляну, в ужасе отбросил его, не разбив только потому что кто-то магией его поймал.
Мне же показалось?
Белок глаз стал грязно-серого цвета, оставив вокруг расширившегося зрачка белый ореол. Что за..?
— В вас есть кровь нагов. Более того, рода Санкарашана, — мягко, взяв за руку, тихо заговорила девушка. — Условия же для снятия проклятия предполагают свадьбу.
Кивнул.
Я уже понял это. Старик пришел к тем же выводам.
— Пути богов неисповедимы, — улыбнулся грустно в бороду Васуки. — Я, как глава рода, благословляю этот союз.
Наг говорил не на эльфийском, но я прекрасно понял его слова. Как?
Он осторожно достал Рин из коробка и, нежно погладив ее по голове, передал мне.
Ревность кольнула мое сердце, но порыв сдержал. Не время…
— Это хорошо… Адалатэль, — обратилась ко мне девушка, резко посерьезнев. — Готов ли ты отдать во власть богини нашей часть себя, часть своего будущего, чтобы вернуть себе Айрин?
— Госпожа! — возмутился раджа, но строгий взгляд девушки резко заставил его замолчать.
Откуда у нее столько власти? Кажется, с ней лучше не спорить…
— Что значит это? — напрягся я, понимая, что раз даже раджу что-то возмутило, то ничего хорошего в словах девушки нет.
— Каждый имеет право на счастье. Ваше счастье, Адалатэль, совсем рядом. Айра и вы были созданы друг для друга. А вот господин Васуки… Ему еще предстоит встретить свое счастье. Так вы готовы отдать часть себя во власть богини?
Взгляд ее был настолько пронзительный, что казалось, словно она смотрит насквозь, просвечивая мои внутренности.
Но Рин… И хоть я ничего не понял из того, о чем говорила Ошуниэль, ради моей Рин я готов на все.
— Я согласен, — четко проговорил я, чувствуя, как невидимый ошейник сковывает меня.
Ох, кажется, я пожалею еще о своих словах. И не раз…
Змея в руках куснула, но яд не впрыснула. Кажется, она недовольна моим решение.
Покосился на нее. Злится… Но я готов на все, чтобы моя женщина вернулась ко мне. Улыбнулся рептилии, явственно представив, как Рин ворчит на меня.
— Глупец… — фыркнул раджа, резко отвернувшись и уйдя в другой конец зала.
Решил не акцентировать на этом внимания, сконцентрировавшись на жрице, которая довольная улыбалась, глядя на нас.
— Это правильное решение, Адалатэль… Хотя Айра и будет злиться на нас потом, — усмехнулась она. — Но это правильно, — повторила еще раз девушка и прикрыла довольно глаза. — Идите сюда…
Зрение стало восстанавливаться, а дышать становилось легче, от чего выполнять требования жрицы было уже проще.
Она осторожно взяла в руки Рин, укладывая ее на алтарь у хвоста возвышающейся статуи нага.
Далее меня попросили опуститься на мраморный пол, ловкие руки девушки быстро стянули с меня обувь, и, до того, как я успел возмутиться, чем-то желтым натерла стопы. Пока я пытался понять, что происходит, она быстро разложила вокруг кокосы, рис, цветы, специи, веревочки, сладости… Зачем это?
Но ритуал уже начался и я не рискнул нарушать магию.
Тихое пение на незнакомом мне языке заполнило зал, взывая к чему-то внутри. Откуда-то стал доноситься стук барабана. Неожиданно рядом вспыхнуло пламя, но я проигнорировал, смотря на мою Рин.
Змея поднялась, заглядывая в мои глаза.
Я не слышал и не видел больше ничего, что происходило вокруг. Слова незнакомой песни слились в единый мотив, а весь храм в этом дворце сузился до глаз моей женщины в теле рептилии.
Неожиданно, красная шелковая ткань легла на шею, а девушка осторожно его завязала. Легкое чувство разочарования от прерванного единения с Рин расстроило.
Поймав мой чуть затуманенный растерянный взгляд, она подбадривающе улыбнулась.
Похожий шелковый платок опустился на змею, а после девушка связала ткани простым узлом.
Воздух вокруг сгустился, дышать стало тяжело. Пение стало громче, интенсивнее. Тело откликалось на заданный ритм.
