— Действительно, уходите! — раздался властный голос со стороны. Робер обернулся и увидел, как в спальню входит Арбор, верховный маг Дерева. — Инфернальный прокол пространства завершен. Спасибо за помощь! Вы спасли ее… Мерзкие твари! — колдун брезгливо пнул тлеющую тушу собаки. — Об остальном мы позаботимся. Конечно, я, да и весь Совет магов подтвердит, что смерть Адольфа наступила от зубов, а не от разящей стали.
Как только Арбор это произнес, ему прямо под ноги упала потолочная балка, покрытая снегом. Снег стремительно начал таять и растекаться грязной водой.
— Талая вода! — прошептала принцесса и лишилась чувств.
— Она вспомнила страшный сон! — подумал вслух Робер. — Государству грозит опасность!
— Опасность грозит нам всем. Но вам, маркиз, сейчас лучше удалиться. Не только из дворца, но и из города. Ибо король может пойти на все, дабы предотвратить войну с Фринцландией. Даже на казнь своего племянника.
Робер машинально совершил косой крест шпагой, и Темная Вода зашипела.
— Арбор, зло боится косого креста! Знака «Х» Используйте это.
— Да, Робер. Этот древний символ не менее силен, чем Святая Виселица! Да и творить его быстрее. Два пасса вместо трех. Запомните это и вы, Шарлотта. Возможно, мы все верим немного не в то и не в того. Зло и Добро на самом деле имеют другие лица.
— Но… — начал было Робер, но маг Дерева его прервал:
— Немедленно покидайте Столицу, я позабочусь о Шарлотте.
Робер отвесил поклон и стремительно вышел из спальни.
Королевский муравейник не спал. По коридорам туда-сюда сновали встревоженные слуги. С метлами, с ведрами и со свечами. Чаще всего они бежали, не обращая внимания ни на что, ведомые своей целью. Робер и так старался находиться в тени и надеялся, что покинет дворец незамеченным. Почти получилось. Только перед самым входом в зал маркиз выцепил среди темноты коварную улыбку королевского шута. А потом и она исчезла, словно сон или морок.
Торжественный зал изменился. Теперь он представлял собою не место пира, а поле брани. Залитые кровью полы, перевернутые столы, лежащие в беспорядке мертвые тела. Тела людей и черных собак, сошедшихся в жестокой схватке. Дворяне пали не только от зубов и когтей, но и от доброй стали и запретной магии. Обугленные лица, рваные камзолы. Один сударь лежал навзничь, проткнутый ледяными шипами, по которым текла кровь. Ноги в сапогах другого торчали из небольшого земляного холма. Да, маги тут повеселились вовсю. С удивлением Робер заметил, что иноземцы пострадали значительно больше, чем имперцы. Он насчитал примерно в три раза больше потерь у Фринцландии. Мстительно маркиз искал глазами мертвого Леопольда, но так и не увидел его. Конечно, и тот дворянин, что оказался в земле, не являлся заморским графом. Робер точно помнил, что на виновнике беспорядков были башмаки с пряжками, а не сапоги.
У выхода во дворик стояла стража. Хотя понятие «стояла» неуместно. Вероятно, этих ребят внезапно подняли с кровати взамен тех, кто уже никогда не встанет. Молодые гвардейцы клевали носом, щурили глаза, но старались бодриться. Поэтому, когда Робер медленно прошел через дверь, стражники даже не повели бровью.
Через несколько мгновений маркиз покинул королевский дворец и прошел несколько шагов, и тут к нему подъехала черная, обитая бархатом, карета.
— Сударь, я думаю, в таком виде неприлично находиться на улице. Воспользуйтесь моей каретой, я довезу вас, куда прикажете! — раздался женский голос, который показался знакомым. Однако в темноте лица дамы Робер не различил.
Оглядев себя со стороны, маркиз заметил, что он в белой рубашке, рваной и испачканной кровью, штаны в грязи и черной шерсти. Плюс ко всему Робер чувствовал себя, как физически, так и магически вымотанным. Он немного подумал и согласился воспользоваться приглашением.
Но, как только Робер залез в карету, откуда-то сзади его схватили за горло, а руки стянули холодные стальные цепи. Робер попробовал активировать магию, но понял, что на оковах амулет Зеро.