— Давай остановимся, — прошу я, оглушенная этой мыслью. — Пожалуйста.
Мир, несколько секунд посмотрев, отстраняется, садится на край кровати. Быстро поднявшись, я одергиваю одежду и отхожу к окну. Смотрю на голубое безоблачное небо и пыльные крыши домов и не могу больше ни о чем думать. Мы — истинные, нас тянет друг к другу, потому что нас соединила судьба. А если бы не она, что бы тогда было между нами?
Оборачиваюсь к Миру, но не нахожу, что сказать. Он молча смотрит в ответ, между бровей складка, взгляд внимательный, изучающий. Раньше он все время скалился и язвил, оттого, наверное, казался предсказуемым. Все происходящее между нами выглядело несерьезным, неопасным.
Но все изменилось. И он тоже. Что он из себя представляет? Какой он человек, чем живет, какие у него приоритеты? Насколько его животная сущность берет верх над человеческой?
Все, что я читала об оборотнях, теперь не кажется мне реальным. Я не могу быть уверена, что те, кто писал эти книги, не действовали в интересах Академии.
Очевидно, что маги противопоставлены и ведьмам, и оборотням, и последние представлены как низшие существа, жестокие и бесчувственные. Но так ли это на самом деле? И что ждет меня как истинную Мира?
Я ежусь, потому что будущее наполнено неясностью и страхами. Мир подходит и, обняв, прижимает к себе. Гладит по волосам, я утыкаюсь носом в его грудь, тяну запах, который кажется таким родным, словно мы с Миром близки уже давно. Это тоже проявление истинности? Но где же во всем этом мы?
— Я не хочу спешить, — говорю негромко, рука на моих волосах на мгновение застывает, но потом продолжает гладить. — Я поеду с тобой, но мне нужно время, Мир.
— Хорошо.
Отстранившись, спрашиваю:
— Как ты хочешь добираться в армию? Я ведь не смогу двигаться на твоей скорости.
Он неопределенно качает головой.
— Может, откроешь портал? — на мои вздернутые брови добавляет: — Ты ведь сделала это, когда сбежала от моих ребят. Про магию тоже соврала, как и про запах?
Качнув головой, я отхожу и устало усаживаюсь на кровать. Я не готова рассказать Миру всю правду, но что-то все равно придется.
— Магия была скрыта, — смотрю на него. — Я плохо ей управляю, и могу быть опасна для окружающих.
Мир садится рядом.
— В любом случае придется попробовать, Ада. У нас нет столько времени на возвращение.
— Боишься, что посчитают дезертиром? — хмыкаю я. Он не отвечает. — Я могу попробовать открыть портал. Но мне нужно знать, куда мы направляемся. В ту же деревню?
Мир качает головой.
— База и окружающие деревни уже заняты нами. Ты знаешь кемвудские леса?
— Конечно, нет. По-твоему, я великая путешественница?
В какой-то степени так и есть. Всю жизнь я была в пути, но была слишком мала, чтобы что-то запоминать. Особенно, когда в городах мы не задерживались надолго.
— Картинку видела?
— Ты серьезно? — я смотрю с недоверием. — Предлагаешь открыть портал по картинке?
— Ну попробовать-то можно. Подожди, внизу у хозяина есть энциклопедия.
Он уходит, я ложусь на кровать, вздохнув, рассматриваю потолок. Значит, я решила довериться Миру? Пойти с ним, попытаться найти ответ на вопрос: что случилось с моими родителями. Но кроме этого мне придется проститься с прежней жизнью, жить среди оборотней и… быть с Миром.
Он так спокоен, словно его совсем не пугает мысль о том, что он вынужден провести жизнь с девчонкой, которую видел всего два раза. Как ему это удается? Неужели он настолько слепо верит в истинность, и его не волнует, что на самом деле между нами?
Мир возвращается с толстой энциклопедией, присев рядом со мной, ищет нужную страницу.
— У тебя есть образование? — спрашиваю, наблюдая за ним. Мир, бросив на меня взгляд, хмыкает, качая головой.
— Ты считаешь, я большую часть жизни провел в обличье волка? — интересуется насмешливо, я смущаюсь от того, как прозвучали мои слова.
— Я не в том плане… Просто не представляю, как устроена жизнь в кланах.
— Примерно так же, как у людей. Мамки, няньки, учеба, дружба, семья… — он переводит на меня взгляд, положив ладонь на открытой странице с заголовком “Кемвудские леса”. — Я обращаюсь волком, Ада, ты творишь магию. Мы с тобой одинаково близки к людям и одинаково далеки от них.
— Я не причиняю им зла!
— Ты сама сказала, что твоя магия может быть опасна, потому что ты ее не контролируешь. Если в обличье волка я не встречу на своем пути человека, то не отправлюсь на его поиски с целью порвать на куски. Вспомни, как мы встретились, и ты поймешь, что я могу контролировать себя даже в этой сущности.
В голове вспыхивает картинка, как Мир в обличье волка выбежал на поляну, как смотрел на меня, парализованную от страха, не способную ни двинуться с места, ни позвать на помощь. Он мог убить меня одним движением, но не сделал этого, просто ушел. Так значит, даже волком он может не подчиняться инстинктам?
— Но… — бормочу я. — Но вы развязали войну, вторглись в мирные дома, забрали их, убиваете людей! Вы это делаете, мы только защищаемся.
Мир чуть заметно усмехается, щурясь, смотрит перед собой.
