— Не держи меня за идиота, Ада, — хмурится он. — Ивера сказала, ты не была на ужине, я пришел сюда, и ты не открыла. Тебя не было, твой запах только что появился. Ты уходила через портал.
Точно, заклинание сокрытия запаха перестало работать еще в доме папы. Сокрытие запаха… Мысленно усмехаюсь, за короткий срок я успела перенять манеру изложения оборотней, и это кажется нормальным. Сейчас здесь мне все кажется более нормальным, чем в мире папиных бредовых идей.
— Я хотела прогуляться, — произношу с трудом. Знаю, что Мир не поверит, да и плевать, сейчас мне не до того.
— Тебе надо отдохнуть, — не расспрашивает он дальше, заботливо укрывая меня покрывалом. — Я принесу поесть.
Мы встречаемся взглядами. Когда Мир встает, хватаю его за руку.
— Скажи мне, — сжимаю пальцы. — Моя мама что-то говорила тебе перед смертью?
По тому, как меняется его лицо, я понимаю, что попала в точку.
— С чего ты это решила, Ада? — Мир присаживается обратно на кровать. — В любом случае, она умерла, я убил ее. Этого не изменить.
Всего несколько часов назад я была уверена в этом. В безжалостности Мира, который избавился от моей мамы, не дрогнув. Но не теперь.
— Расскажи мне все, — прошу его тихо. — Как это произошло…
Потерев переносицу, Мир подходит к окну, и я поспешно говорю:
— Оно не открывается.
Мир, не оборачиваясь, закуривает, и дым расползается вокруг него, постепенно уплывая вверх.
— Я хотел убить ее быстро, — начинает он, — один удар в сердце, чтобы не мучилась… — развернувшись, смотрит исподлобья. — К чему все это, Ада? Ты все равно не поверишь тому, что я расскажу.
— Мама хотела, чтобы ты ее убил?
Мир меняется в лице, между бровей залегает складка.
— Откуда ты знаешь? — спрашивает настороженно.
— Догадалась, — я натягиваю одеяло на грудь, садясь на кровати. — В ту ночь она разбудила меня и велела бежать. Сказала: они уже близко. Плюс скрывающее заклинание перестало работать. И она ведь не сопротивлялась, так? С ее магией хватило бы десяти секунд, чтобы избавиться от любых преследователей.
В установившейся тишине Мир курит, рассматривая стену. Мне сложно охарактеризовать, какие я испытываю к нему чувства сейчас. Понимаю только, что ненавидеть, как несколько часов назад, уже не могу. После всего того, что мне рассказал папа, после той жестокости, которую он задумал, после того, что они сделали… Не могу ненавидеть Мира.
— Я не хотел ее убивать, — Мир так и не поворачивается ко мне. — До нее я никого не убивал. Мне внушали, что я должен это сделать, но я все равно не хотел. И не смог. Когда увидел ее… Я не мог примерить на себя роль хладнокровного убийцы. Решил ее отпустить, но она… Она бросилась грудью на нож и умерла.
Мир смотрит в окно, пока я пытаюсь представить себе все, что тогда произошло. Она бросилась на нож. Хотела умереть. Одержимая своей безумной идеей спасения мира, мама даже не думала о том, что оставляет семью, маленькую дочь, обрекая на сиротское существование, после которого та должна стать убийцей.
Я совсем не знала своих родителей. Тех, которыми они стали в последние годы. Я запомнила других: любящих, заботливых, внимательных. И как ни ужасно, сейчас мне бы хотелось, чтобы ничего другого я о них и не узнавала.
— Я верю тебе, — произношу в спину Миру, он сразу напрягается. Еще поглядев в окно, поворачивается.
— Что случилось, Ада? — всматривается в меня. — Где ты была?
— В парке. Мне нужно было время подумать.
— И ты не боялась находиться там одна? Вечером, в темноте? Когда оборотни на расстоянии чувствуют твой запах?
Я пожимаю плечами.
— Наверное, это очередной мой необдуманный поступок.
Мир неожиданно смеется, качая головой. Приблизившись, осторожно опускается на кровать, не касаясь меня.
— Ты еще совсем девчонка, Ада, — разглядывает мое лицо.
Сердце отчего-то стучит быстрее, хочется протянуть руку и коснуться лица Мира. Но когда поднимаю ее, Мир качает головой. Щеки опаляет огнем, я стыдливо натягиваю одеяло к подбородку.
— Дело не в тебе, Ада, — замечает Мир. — Во мне. Мне тяжело держать себя в руках рядом с тобой.
Румянец на моих щеках становится ярче, но уже по другому поводу. Я вспоминаю слова Трианы об играх с судьбой. Что, если она имела в виду Мира? Что я должна перестать сопротивляться, пытаться разорвать нашу связь? Должна принять ее и просто быть рядом с ним, любить его? Сейчас мне этого хочется, как никогда.
Возможно, это очередная защитная реакция. Я искала отца в надежде, что он защитит меня от зла, но он внезапно оказался еще большим злом, чем я думала. Вдруг с Миром я тоже ошиблась? И он на самом деле не так плох?
Отбросив одеяло в сторону и поймав недоуменный взгляд, я целую его, обхватив за шею. И сразу тяну на себя, почти заставляя лечь на меня сверху.
— Ада… — Мир на мгновенье отрывается от меня, тяжело дыша, его глаза почти черные, и зрачки сильно расширены от возбуждения. — Зачем ты это делаешь?
— Я просто так хочу, — отвечаю, сглотнув. — Устала бороться с собой.
