— Узнаю Мира… Мы должны попытаться, Ада. Вероятность успеха велика. Если они останутся в городе, скорее всего, большинство погибнет. — Он поворачивается к дяде Элу, который наблюдает за нами в непонимании. — Собирайте женщин и детей. На все несколько часов, пусть берут теплую одежду, еду и воду.
— Спасибо, Кеин, — я сжимаю его руку, а со следующей накатывающей слабостью проваливаюсь в сон.
Когда я просыпаюсь, в комнате совсем темно, шторы по-прежнему задернуты. Чувствую себя намного лучше, повезло, что магия великого помогает встать на ноги.
Когда спускаюсь вниз, нахожу дядю Эла в кабинете с бокалом в руках. Он стыдливо убирает бутылку вина под стол, но я только машу рукой.
— Как дела? — спрашиваю, присаживаясь в кресло.
— Кеин ушел из города два часа назад. Почти все женщины и дети с ним, кроме тех, кто пожелал остаться. Ада… — поколебавшись, дядя Эл все же спрашивает: — Он… Оборотень?
Я киваю.
— Но он не сдаст их, — добавляю быстро. — Оборотни не трогают мирных, я сама была этому свидетелем. Они позволили уйти целой деревне при мне. И вообще, дядя Эл… Они не настолько плохи, как нам рассказывали. Ты знаешь о том, что происходит каждые пятьсот лет?
Он стыдливо кивает, отводя взгляд.
— Об этом знают немногие, в основном те, кто так или иначе соприкасается с Академией. Нам говорили, что это необходимость для выживания, иначе оборотни истребят всех нас.
Я презрительно хмыкаю. Вот уж не удивлена, что Академия преподносит все именно таким образом.
— Моя мама была великим магом. Ее держали в Академии с детства, изощренно издевались, угрожали семье, чтобы она убила великого оборотня. Издевались так сильно, что она согласилась.
— Каролина… — дядя Эл смотрит на меня круглыми глазами. — Я и подумать не мог… Так далеко я не вхож, Ада, если бы только знал…
— Это полбеды. Она погибла, но папа жив.
— Ты нашла его, — он подается вперед с надеждой в голосе.
— Нашла, только не особенно радуйся. Потому что то, что я расскажу, вряд ли тебе понравится.
Я чувствую, что могу доверять ему, он единственный, кто знал обо мне почти все. И сейчас определенно повергнут в шок.
— Быть не может, — шепчет, глядя в пространство. — Питер просто сошел с ума.
— Точно. И мы должны его остановить, потому что сам он не остановится. Он уничтожит магов, дядя Эл. Я читала его заклинания, знаешь, как они работают? Магия оборачивается против того, кто ее делает. Магический шар, направленный в сторону оборотней, уничтожит самого мага. Все будут истреблены, но не Академия, верхушка которой вряд ли вообще выйдет на поле боя. Умрут обычные маги, сражающиеся за родину. А потом умрут почти все оборотни.
— Это безумие, — он прикрывает лицо руками. — Просто безумие. Но что ты хочешь делать, Ада?
Я нервно сглатываю, потому что мне впервые придется сказать это вслух.
— Если мне не удастся отговорить его, — мы встречаемся с дядей взглядами. — Придется его убить.
— Нет, нет, — он мелко трясет головой. — Он твой отец.
— Я знаю, — я давлю подступающие слезы. — Поверь, мне очень больно. Я столько лет жила мыслью о том, что родители погибли… Потом верой в то, что, возможно, живы. А потом все рассыпалось в прах за считанные часы. Я мечтаю увидеть того папу, что рассказывал мне добрые сказки, переделывая плохие концовки в хорошие, а не того, который хочет, чтобы я убила тысячи людей.
Я вытираю слезы, скопившиеся в уголках глаз, дядя залпом допивает вино из бокала.
— Он должен появиться в Андроне, — смотрит на меня, я киваю.
— Узнать, где сейчас войска, думаю, не так сложно… Скорее всего, он уже движется сюда.
— И что, у тебя есть какой-то план?
Я качаю головой.
— Он очень сильный ведьмак, дядя. Не просто великий, он принял темную Силу, и теперь ему доступно намного больше, чем раньше. О цене этого он, как ты понимаешь, не думает, готов платить чужими жизнями. Завтра утром я выдвигаюсь в Андрону.
Дядя Эл спешно качает головой.
— Это опасно, Ада. Ты не знаешь, но тебя разыскивают. Академия — за вторжение и кражу, армия — за дезертирство и, возможно, помощь врагам. Тебе нельзя показываться в Андроне. Только не со стороны магов.
— Значит, придется открывать портал…
— Лучше открыть его за Андроной, следующая за ней деревня занята оборотнями, и до места боевых действий рукой подать. Но только если ты уверена в том, что тебя не тронут.
Уверена ли я? Не знаю. Касаюсь шеи в том месте, где Мир укусил меня. На мне его метка и запах. Обо мне наверняка кто-то знает, и у меня есть магия, чтобы защититься. Придется рискнуть.
Остаток дня я провожу в доме, не высовываясь. Дядя настаивает на том, чтобы я больше отдыхала и чуть ли не насильно заставляет есть. Я на все соглашаюсь, тайком улыбаясь на его заботу. Я не ценила ее все это время, жила сама по себе, не принимая и не отдавая.
А теперь понимаю, какую ошибку совершила. Он ведь действительно принял меня в семью. Пусть ради своего друга, но принял. Любил, растил наравне с Риной, помогал, учил, воспитывал… Я закрылась в своем коконе боли и не хотела видеть ничего хорошего, что давал мне мир.
