Наверное мог ещё много чего наговорить, отвлекая жену от всяких глупых мыслей. Мог и даже не соврал бы ни единым своим словом. Но в какой-то момент своей прочувствованной речи наконец-то заметил что Има меня уже не слушает, кажется просто потеряв сознание из-за полного изнеможения. Воспользовавшись её слабостью, я сдёрнул с вешалок какие-то платья и, безжалостно разрывая невероятно дорогие одежды на длинные лоскуты, принялся крепко увязывать безвольно лежащую девушку.
Замотал её так плотно и крепко, что она точно бы не смогла разорвать эти путы как бы не старалась. Ну а решив что этого вполне должно хватить, подхватил её на руки и понес обратно в спальню. Ева уже успела успокоиться и кажется уснула, поэтому я осторожно пробрался в комнату чтобы не разбудить нашу малышку. Уложил жену на её место, поближе к маленькой кроватке дочери. После чего с жалостью и печалью посмотрел на двух своих девочек, обезображенных безжалостной болезнью. И лишь после этого, убедившись что они кажется не собираются просыпаться, пошел в ванную смывать с себя налипшую и кажется уже начавшую подсыхать, непонятную тёмно-красную жидкость, которой успел изгваздаться с ног до самой головы.
Основной удар конечно опять приняла рубашка, которую не снял ещё со вчерашнего дня, но я всё равно очень долго тёр каждую свою косточку, подспудно боясь заразиться и не веря в свой надуманный иммунитет. А потом ещё налил полную ванну и очень долго отмокал в горячей воде, медленно смешивая в разуме плохие мысли с очень плохими мыслями. И лишь спустя целый час, когда вода начала остывать, меня наконец-то посетило пугающее осознание, одного крайне неприятного факта.
«Я сегодня ни разу не почувствовал их эмоций!!!» — не понимая что это может значить, ощутил как во мне начинает стремительно вскипать сильная тревога, всего за несколько секунд перерастая в страх. Не желая верить в то, что у них ослаб не только контроль над тиксортной энергией, но и эмпатические свойства разума, я, разбрызгивая во все стороны воду, выскочил из ванной и не одеваясь устремился в спальню. Остановившись на мгновение, нерешительно замер у кровати. Но потом, будто бы толкнув самого себя в спину, все же прикоснулся к голове жены, выпуская сразу несколько отсветов своего сознания… Которые канули в абсолютную пустоту, не находя искры её разума. И даже потратив несколько долгих минут на поиски, нашел в её черепе лишь какую-то странную искрящуюся жидкость, никак не реагирующую на мои прикосновения.
Пытаясь осознать весь этот бред, я потеряно схватился за голову и сел на пол возле кровати. У меня не было ни малейшего представления что с этим делать и как реагировать. В моём разуме просто не укладывалась вся эта безумная ситуация в рамках которой разумный и красивый шелед мог превратиться в какое-то совершенно иное существо, с совершенно иными принципами функционирования… и без искры разума, словно у какого-то глупого жука, живущего лишь одними инстинктами к размножению. Правда моя Има разговаривала и даже пыталась… себя убить, проявляя самую наивысшую форму своей разумности в виде целенаправленного стремления к саморазрушению. Вот только это абсолютно ничего не меняла. Её искра разума пропала… и она кажется уже перестала быть шеледом, став кардинально иной формой жизни. И это уже никак нельзя было изменить или вылечить. Можно было лишь принять данный факт и смириться с творящимся вокруг бредом.
Ни на что уже не надеясь, я подошел к кроватке дочери и прикоснулся к её голове. Ну а найдя там лишь полнейшую пустоту… пошел обратно в ванную комнату и с головой погрузившись в уже практически холодную воду, просто мысленно завыл, словно какой-то бессловесный зверь, не способный описать свою боль. Боль от неизбежной потери и такого же неизбежного одиночество, на которое меня обрёк один безумный ящер.
Я чувствовал себя каким-то непонятным учёным исследующим неизвестную форму жизни. Вероятно даже инопланетного происхождения. Настолько моя Има стала иной по сравнению с обычными шеледами и привычным строением тела у подавляющего числа известных нам живых существ. Старой осталась только скелетная основа, а в остальном… Разница была просто огромной и мне приходилось буквально на ощупь исследовать жену чтобы понять что происходит с моими девочками. Они будто бы облачились в некую, бессмысленно мягкую защитную оболочку и почему-то надолго уснули. Спали уже несколько дней к ряду, пока их тела завершали окончательное преображение, а я просто чего-то ждал, даже приблизительно не понимая что тут можно поделать.
Когда красную оболочку закрыла какая-то светлая непрозрачная плёнка в несколько миллиметров толщиной, их преображение наконец-то полностью завершилось. Я немного подождал, думая что может произойти ещё что-то странное, к примеру появятся крылья как у некоторых насекомых после окукливания, но когда спустя половину суток так ничего и не произошло, а они не пришли в себя, мне всё же пришлось начать действовать.