Проклятье предателя полностью

Обычно в его сне она была более расслабленной, и была довольна тем, чтобы заново переживать прошлое, или, порой, долго играть в «а что, если». Он почти не сожалел о своём нынешнем состоянии, и участники его снов обычно вели себя соответствующим образом.

— «Это было бы неприятно», — сказал он ей. — «Мир может жить дальше и без меня».

А потом она исчезла, мгновение спустя сменившись Лираллиантой.

— «Пожалуйста, вернись», — сказала она.

— «Мне тут нравится», — ответил он, но она исчезла.

Кэйт вернулась:

— «У тебя двое новых детей, Лэйла и Гарлин».

— «Хорошие имена», — заметил он.

— «Лэйла мертва», — сказала ему Лираллианта.

— «Это — просто сон, ты всё выдумываешь».

Затем вернулась Кэйт, выглядевшая печально:

— «Эмма теряет рассудок. Она угрожает Лире».

Лира снова появилась, прежде чем он успел ответить. Постоянное переключение начинало его раздражать.

— «Прекрати», — приказал он, — «это слишком хаотично». — Он попытался сфокусироваться на ней, заставить её образ остаться.

— «Это — не видение, Тирион. Я здесь. Мы с Кэйт дежурим по очереди, нам нужно кормить…»

Она снова исчезла.

— «Наши дети нуждаются в нас, Даниэл. Они нуждаются в тебе», — добавила Кэйт.

Кэйт очнулась, и увидела смотревшую на неё Лиру.

— Не получается, — сказала она. — Он всё ещё думает, что мы — сон.

— Он ещё молод, — сказала Лираллианта. — Большинство старейшин спят десятилетиями, прежде чем начинают думать активнее. А на то, чтобы научиться ускорять свои мысли, у них уходит ещё больше времени.

— Ускорять мысли?

— Обычно, когда мы с ними говорим, это занимает много времени, — сказала Лира, — но в моменты кризиса старейшины — повзрослевшие, по крайней мере — могут ускорять своё субъективное время настолько, что способны говорить с нами в нашем восприятии времени. Они не любят так делать, но это возможно.

— Повзрослевшие — это сколько лет? — спросила Кэйт.

— Несколько сотен.

Кэйт вздохнула:

— Дети уже вырастут к тому времени, как мы его разбудим.

— Нам нужно просто убедить его, — сказала Лира. — Как только он поймёт нашу весть, он сможет отреагировать быстро.

— «Это не сон», — сказала Лира. — «Грозит опасность».

Он проигнорировал её.

Появилась Кэйт:

— «Эмма собирается всё уничтожить».

— «Как я её и учил», — пробормотал он.

Лира вернулась, но прежде чем она что-то сказала, он ощутил что-то новое. Огонь. Одна из его ветвей горела. Мир сместился, когда по нему прошла волна того, что у Ши'Хар было эквивалентно адреналину. Рядом с ним был разожжён костёр, и его пламя было достаточно высоким, чтобы достичь одной из его нижних ветвей. Послав свою волю, он затушил пламя, а затем обратил своё внимание на крошечное существо, поддерживавшее огонь.

Женщина, эйсар которой был ему знаком, стояла, уставившись на потухший костёр. Он подумал о том, чтобы убить её, чтобы предотвратить любые дальнейшие покушения. Сперва он изучил её поближе. Бриджид однажды пригрозила поджечь его, если он не вернётся, но это была не она.

— «Это что, Кэйт?»

Лира произнесла:

— «Конечно, это она. Она в отчаянии. Нам нужна твоя…»

Она исчезла, и в его сон вернулась Кэйт:

— «Пожалуйста, проснись».

— «Ты что, пыталась меня поджечь?» — спросил он.

— «Да, она пыталась», — ответила Лираллианта, сменяя её.

— «Я думал, что вы были воспоминанием».

— «Помоги мне, Даниэл», — взмолилась Кэйт.

Она действительно была здесь. Это знание вызвало в нём прилив чувств, и ему захотелось обнять её, но она растаяла, когда он попытался охватить её своими мысленными руками. Теперь она снова стала Лирой.

— «Я люблю тебя», — сказал он ей. Это было истиной, какая бы из них его не услышала.

— «Проснись», — сказал Лираллианта, целуя его.

— «Я люблю тебя», — повторил он, а затем Кэйт его укусила.

— «Проснись!» — настаивала она.

Тирион сместился. Ощущение было похоже на то, как если бы он вставал и пожимал плечами, разминая мышцы после долгой, проведённой в кровати ночи. Он собрал свою волю, а затем направил свои мысли вовне. Солнце кружилось в небе над ним, а земля обнимала его корни снизу. Он вспомнил свои дни в облике человека, и позволил этому видению наполнить себя.

Открыв глаза, он увидел её, лежащей в каком-то странном сотканном из заклинаний укрытии, её рыжие волосы беспорядочно разметались вокруг ней, когда она подняла голову, чтобы посмотреть на него в ответ.