Прозвучал свисток, игра началась. Сосед чистил уже вторую воблу и на поле не смотрел. Вязавшая женщина вытащила из объемной тряпочной сумки бинокль и навела его на поле. Убедившись, что тот, ради кого она пришла, играет, она снова принялась за вязанье. Генка, наоборот, смотрел и понимал, что пришел сюда зря. Футболисты, как сонные мухи, медленно перемещались по траве.
— Возьми еще рыбки, пожуй. Я бы тебе и пивка дал, да молод ты еще. Мамка заругает, — сказал сосед.
Генка машинально взял ребрышки и принялся обгрызать. Вдруг сосед оживился.
— Вон он, Васек-то! Справа заходит. Или не он? Что-то я не очень вижу!
Разглядеть Васька было нелегко, да Генка и не пытался. Он уже понял, что зря теряет время. Никакого накала страстей на стадионе не ожидалось. Поблагодарив соседа за воблу, он поднялся и пошел домой, жалея, что потратил деньги на билет.
К вечеру Генка подустал, но впереди была еще работа — в супермаркет «Облака» по вечерам доставляли продукты. На улице господствовали сумерки. Фонари еще не зажглись, но нормальные люди в такое время уже ужинали перед телевизором, смотря футбол или передачу «Ни за что не поверишь», в соответствии со вкусами.
Генка зашел к Воробьевым и отдал прибор, а теперь медленно брел по бульвару. Народу почти не было — видно, какой-нибудь детективный сериал показывали по телеку. Генке, например, нравился фильм «Седьмое небо» по книге Татьяны Устиновой. Ну, и не только он.
Как здорово было бы поваляться на диване с чипсами, а если матери нет дома, то и с пивом. Хорошо тем, кому не надо на три работы ходить, чтобы на пропитание заработать! А тут еще Кирилл со своими претензиями — почему, мол, Генка прогуливает. А как тут не прогулять? До двенадцати ночи он будет макароны и минеральную воду разгружать, домой придет только к часу. Пока поест, помоется — два ночи. А утром на учебу бежать? А спать когда?
Супермаркет встретил работника ярким светом и шумом покупателей. Он работал до полуночи, и в девять вечера там был самый разгар работы.
— Привет студентам! — крикнула Генке дородная продавщица Лариса, приехавшая на заработки из Васильково, когда он вошел внутрь. Она постоянно к нему клеилась, но его мысли были заняты Лилькой.
— Привет трудовому народу! — откликнулся он и пошел к двери, на которой было написано «Посторонним не входить!» В магазине по вечернему времени почему-то работали всего две кассы, и очередь выстроилась огромная. Какая-то тетка в болоньевом плаще прошлого века кричала, чтобы открыли еще одну кассу. Бабулька перед ней мощным торсом отодвигала забулдыгу, который лез без очереди с единственной бутылкой водки.
Среди стеллажей с продуктами людей почти не было. Видно, все они уже стояли в очередях. Генка открыл заветную дверь и пошел по лестнице вниз. Продуктовые машины подъезжали к двери в подвал, где стояли холодильные установки. Дядя Ваня стоял около машины с хлебом и покуривал сигаретку.
— Привет, дядь Вань, — поздоровался Генка, — ты что куришь? Сейчас тебе завскладом выдаст по первое число!
— Да она чай пить пошла. Давай, включайся в работу. Я только тебя жду.
Ждать его было совершенно незачем. Ящики с хлебом они таскали по одному. Видно, дяде Ване не хотелось перетащить больше ящиков, чем Генка, и он поджидал напарника, чтобы вместе начать работу.
С хлебом они справились за час. Потом подошла машина с молочкой, а за ней с вином. К полуночи Генка еле ноги передвигал. Хорошо, что завскладом Снежана Матвеевна жила неподалеку от Генки. Она не раз забрасывала его домой. В эту ночь Генка не помнил, как залез к ней в машину и как выгрузился возле дома, вошел в подъезд и вызвал лифт.
Очнулся он в прихожей, где мама нашла его спящим на танкетке, прислонившимся головой к маминой новой китайской куртке, купленной на пригородном рынке в сентябре. Опираясь на родное плечо, Копейников дополз до дивана и рухнул. Мать стащила с него ботинки и прикрыла покрывалом. Душ принимать пришлось только утром.
Как там Лилька? Эта мысль крутилась в голове днем и ночью. Даже устав до умопомрачения, во сне Генка спасал девчонку. Но то во сне! Единственное, что приходило в голову наяву — попробовать еще раз поэкспериментировать с концентратором.
В качестве предлога для посещения Воробьева Генка снова взял лекции. Всегда можно попросить объяснить какую-нибудь формулу или график, до зачетов-то осталась всего неделя. Генка давно отсканировал весь материал, взятый у Кирилла перед коллоквиумом, на всякий случай.
Зажав под мышкой сверток со скрепленной степлером распечаткой, Копейников отправился в соседний подъезд и поднялся на нужный этаж. По его подсчетам, Кирилл уже должен был вернуться домой после занятий. Да и вообще, у него послезавтра экзамен по философии. Когда-нибудь он же готовится?
Кирилл, действительно, оказался дома. Он жевал бутерброд с колбасой, чтобы не заснуть над учебником философии. Генкин приход вызывал двоякие чувства. С одной стороны, времени и так мало осталось, но с другой — появился естественный повод сделать перерыв.
— Входи, Копейников. Что на этот раз? — с набитым ртом промычал Кирилл.
