Мать не только любила, но и очень уважала деда и старалась во всем ему потакать. Когда мне исполнилось десять, деду взбрело в голову обучить меня латыни. Знал бы он, как выручит меня потом его наука! Но тогда, в детстве, я был возмущен. Какая латынь? Кому она может понадобиться? Но мать поддержала деда, и мне пришлось подчиниться.
«Зная этот древний язык, ты в любой стране мира сможешь договориться с врачами. Все они учили латынь, и она не хуже эсперанто может служить для связи между людьми».
Мальчишки, мои одноклассники, гоняли во дворе в футбол, а я долбил ненавистные слова, читал Гомера и даже писал сочинения. Врачом я все же не стал. Настояв на своем, я поступил в осетровский Политех и стал радиоинженером. К счастью, я не успел обзавестись семьей, когда случилась катастрофа.
Однажды в наш город в рамках культурного обмена приехала выставка. Курировал ее один из московских музеев. На выставке можно было взглянуть на предметы роскоши прошлых веков. Царская посуда, украшения из богатых дворянских семей, китайский фарфор, статуэтки из Египта.
Я тогда работал в Политехе и там же писал диссертацию, а еще пытался устроиться на работу в Ленинграде. У меня нашлись там знакомые, да и дед обещал посодействовать. Для открытия выставки надо было наладить систему сигнализации, и директор обратился в Политех. Меня включили в штат сотрудников выставки для помощи в технических вопросах. Был там один парнишка из Москвы, на пару лет моложе меня. Такой шебутной, такой энтузиаст! Фамилия его была Гуляковский, а имени уже не помню. Вот он-то и стал причиной моих несчастий.
На выставке у него имелись любимые экспонаты, одним из который был перстень с огненным янтарином. Его этот парень просил хранить особо, для него даже подготовили отдельную витрину, а я должен был отладить на ней замок.
В тот день разразился скандал. Затерялся ящик с хрусталем, очень дорогим, который предоставил какой-то зарубежный музей. Обстановка складывалась угрожающая, мог произойти международный конфликт. Меня это, конечно, не касалось, я знай себе ковырялся с замком.
Воюющие и вопящие сотрудники выставки и администрация музея ввалились в комнату, когда я открыл замок и рассматривал его заднюю сторону. Перстень находился от меня сантиметрах в тридцати. И вдруг он вспыхнул!
Что было дальше, я не знаю. Возможно, взрыв. Очнулся я во Франглии, в семнадцатом веке.
Занятный народ, эти франглийские аристократы! Их трудно вывести из себя и так же трудно чем-то удивить. Сэр Эдвард Бэклоу и леди Матильда совершенно спокойно восприняли появление в своих владениях человека, ни слова не знавшего по-франглийски. Они приютили меня, за что я очень им благодарен. И тут пригодилась дедушкина латынь! И сэр Эдвард, и его супруга учили ее в детстве. Каким счастьем это стало для меня! Франглийского я совсем не знал, даже в школе не учил. Меня определили в помощники привратника, и сначала я открывал и закрывал тяжелые ворота, расположенные на въезде в дубовую аллею. Но мои инженерные знания и навыки помогли «сделать карьеру». Меня перевели в конюшню, где я чинил карету, фонари, да и вообще все подряд. За двадцать лет я дослужился до личного слуги их милостей, но все же хотел бы снова оказаться на берегу Севрюжки.
Все эти годы я пытался понять, как меня сюда занесло. Единственное, что связывает Заливной Осетр моей молодости и замок Бэклоу — кольцо с огненным янтарином. Здесь существует легенда, что тот, кто возьмет в руку кольцо, может пропасть навсегда. Но леди Матильде кольцо нравится, и она с удовольствием надевает его в торжественных случаях… Пожалуй, кольцо все же имеет отношение к моей судьбе. Я прикинул, и получается, что камень накапливает энергию. Но какую? Не знаю, может быть, в моем родном двадцатом веке ученые уже все выяснили, но здесь, в семнадцатом, я догадаться не могу».
Запись кончилась. Лиля перелистала тетрадь до конца, но продолжения не было. Кто знает, возможно, в ящике леди Эстер и лежат еще какие-то бумаги этого самого Леона? При случае стоило бы посмотреть.
Как похожи их истории! Она тоже видела светящийся золотистый камень в музее. Неужели драгоценность сыграла с ней злую шутку? И как теперь вернуться домой? В любом случае, надо стараться угодить Мортимерам. Быть рядом с кольцом — вот главная надежда на возвращение!
Лорд Стоун отнесся к предложению графини куда более благосклонно, чем судья Физерлот. Скорое бракосочетание вынуждало его срочно озаботиться судьбой дочери. Лорд выразил желание познакомиться с женихом и его семьей. Приезд гостей был назначен на середину октября.
В этот день все в замке с утра были на ногах. Леди Эстер лично проследила, как одели и причесали сэра Джорджа. Сама она для встречи лорда Стоуна и его дочери облачилась в бархатное платье цвета летней ночи и надела ожерелье с сапфирами.
Лиля с Эммой и Бетти с рассвета проветривали комнаты, чистили и без того сияющие столовые приборы, расставляли вазы с осенними цветами. Кухарка не отходила от плиты и время от времени звала кого-нибудь из девушек на помощь. Обед предполагался из семи блюд.
