Нужно признать, несмотря на аскетичность, дома у Асмунда довольно современно. Ничего лишнего, никаких вычурных аксессуаров, украшений, зато в просторной комнате легко уживаются кровать, диван, стол и комфортная, современная кухня. А большой телевизор на стене, ноутбук и планшет на столе словно призваны убедить в том, что священники сейчас живут в ногу со временем.
– Здесь проще, чем в особняке Хельвинов. – Кивает пастор, хозяйничая у плиты. – По понятным причинам.
– А как же арсенал? – Удивляюсь я, разглядывая обстановку. – Ну, все эти большие штуки: топоры, клинки, копья – чего там еще?
– Пистолеты с серебряными пулями? – Смеется он.
– Ага.
Поставив сковородку на плиту, Асмунд оборачивается и касается рукой нижней части столешницы. Это приводит в движение какой-то механизм, который молниеносно открывает потайную нишу – стена сбоку от узкого окна просто отъезжает в сторону, и за ней открывается целая комната, оборудованная многочисленными полками, заполненными таким количеством холодного оружия, которое мне и не снилось.
– Святой отец! – Восклицаю я, переводя на него взгляд.
– Издержки профессии. – Ловко орудуя ножом, отвечает пастор.
Он режет бекон, перец и репчатый лук для омлета, а я заворожено наблюдаю за тем, как лезвие танцует над разделочной доской. Интересно, будь у нас все, как у всех, он бы так же готовил нам с мамой завтрак по утрам?
И встряхнув головой, отворачиваюсь. Иду исследовать оружейную комнату. Многочисленные кинжалы и клинки выглядят совершенно новыми и блестят, но есть среди них и те, что видом сразу выдают старину – некоторые из них намного старше меня и, очевидно, многое повидали на своем веку.
– Вы научите меня обращаться с ними? – Спрашиваю я, осторожно проводя пальцем по холодной стали одного из них. – Я должна уметь защитить себя при случае.
– Обязательно. – Отзывается пастор.
Овощи трещат, нагреваясь на сковородке, и от плиты уже идет невероятный аромат.
– Мне хочется научиться драться. Так, знать пару приемчиков рукопашного боя, например.
– Без проблем.
Иду вдоль стен, на которых расставлены все виды холодной оружия, и у меня захватывает дух при мысли о том, что любой из этих клинков уже мог не единожды быть использован в бою.
– Я просила Бьорна научить меня, но, кажется, он не принял мои слова всерьез. Думает, что всегда будет рядом, если что-то… – Я запинаюсь, поняв, что наговорила лишнего.
И густо краснею.
Хорошо, что Асмунд не видит сейчас моего лица.
– Мне радостно от того, что вы сдружились. – Слышится его голос.
– Да, мы… да. – Я прочищаю горло. – Сдружились…
И натыкаюсь взглядом на лежащую в нише под стеклом книгу. Кожаный переплет, потемневшие от времени буквы, грубые металлические литые застежки. Она выглядит старинной и ветхой.
– Это наследие Хельвинов. – Раздается за спиной голос пастора.
И я едва не подпрыгиваю от неожиданности.
– В ней вся история нашего рода. – Продолжает он. – От первого дхампири до наших дней. А также подробное описание нечисти, с которой приходилось сталкиваться предкам, все наблюдения и советы по защите от них и уничтожению. От способов убийства и методов захоронения зависит многое: не восстанет ли зло и не продолжит ли сеять смерть на земле.
– О, я что-то слышала об этом. – Оборачиваюсь. – Наверное, эту реликвию стоит хранить в месте надежнее, чем простая стеклянная коробка?
Асмунд кивает. Его взгляд теплеет.
– Ее может открыть лишь дхампири. У прочих ничего не выйдет.
– Ух, ты.
Я сглатываю и сцепляю руки в замок.
– Ты должна жить со мной, Нея. – Вдруг серьезно заявляет Асмунд.
– С вами?.. Здесь? – Мои брови ползут на лоб.
– Именно. – Говорит он и нервно покашливает.
– Похоже, вы забыли, что ваш дар убеждения на меня не действует и потому выбрали неправильную формулировку. – Я убираю за уши непослушные пряди. – Не «ты должна», а «
– Точно. – Неловко прикусывает губу Асмунд и улыбается. – Так… не хотела бы? – Он указывает рукой на стеллажи с оружием. – У меня не так много места, но, все же, здесь безопасно. К тому же, мы в церкви, а значит…
– Омлет горит. – Улыбаюсь я.
– Черт! – Одними губами произносит пастор, разворачивается и уносится на кухню.
– Святой отец! – Смеюсь я.
Бросаю последний взгляд на книгу и выхожу.
– Мы могли бы забрать ее. – Предлагает Асмунд за завтраком. – Твою маму. Не сейчас, а когда все наладится. Могли бы попробовать, я серьезно. – Мы встречаемся взглядами, и я понимаю, что он не шутит. – Легко не будет, я знаю. Но если причиной ее сумасшествия была не болезнь…
– Я даже не мечтала об этом. – Хрипло отвечаю я.
– Быть семьей в прямом смысле слова у нас вряд ли получится – мы лишены возможности быть обычными. Но мы могли бы постараться. – Его глаза словно ждут моего одобрения, и я киваю. – Разумеется, после того, как разберемся с твоим проклятьем.
– Да.
– Если кровь Катарины действительно исцеляет вампиров, то она может помочь и тебе.
– Я – оборотень.
– Но шанс ведь есть.
Задумываюсь на несколько секунд.
