Опасаясь столкнуться с герцогом лицом к лицу, Ли битый час просидела на кухне, в пол-уха слушая добрую болтовню Тарги и жалобы Лэйна кухарке по поводу того, как ему не хватало ее самой вкусной в мире стряпни. Дородная и пышнотелая женщина порхала вокруг хитрющего мальчишки с легкостью бабочки, подсовывая ему лакомства и вкусности, а тот, запихивая за обе щеки, словно хомяк, все без разбора, махал руками и рассказывал о своих злоключениях в обители: о том, как его нашли, и о том, как хорошо вновь вернуться домой, где тебя так вкусно и сытно кормят.
Вскоре на кухню примчались Марси с Фэлис и, как сороки, наперебой стали трещать Оливии, что они не знают, какие из ее вещей следует брать в столицу. Девушки слезно упрашивали хозяйку вернуться в ее апартаменты до тех пор, пока у Ли от их нытья не разболелась голова, и она, бессильно вздохнув, не поддалась на их уговоры.
В то время, как служанки складывали сундуки, Ли сверлила тревожным взглядом дверь, ведущую на половину мужа, ожидая его внезапного появления. Но ее страхи были напрасными: то ли он чувствовал ее нервозность, то ли сам не горел желанием ее видеть, то ли был слишком занят делами, но герцог не показался ей на глаза до самого отъезда. Он появился на улице в сопровождении Джедда, Дэррэка и архонта только тогда, когда Ли уселась с Лэйном и Грасси в карету.
Мощный, высокий, облаченный в темную строгую одежду, он действительно был похож на черного ястреба: хищного, поджарого, улавливающего цепким, настороженным взглядом малейший жест или движение. Впервые в жизни Ли радовалась тому, что путешествовать придется не верхом на лошади, и стены кареты надежно скрывают ее от пронзительно-зеленых, прорезающих ее насквозь глаз герцога.
Поскольку Ястреб на протяжении всей дороги ехал рядом, Ли старалась лишний раз не высовывать наружу нос. Даже когда восторженные Лэйн и Грасси, находя за окном что-то интересное глазу, упрашивали ее посмотреть, она упорно игнорировала их просьбы, прикидываясь либо спящей, либо равнодушной к красотам природы.
В придорожной гостинице из-за отсутствия достаточного количества комнат Ли ночевала в одном номере со служанками и Лэйном, радуясь тому, что нет никакой возможности остаться с герцогом наедине. В итоге за два дня пути им не удалось переброситься с Ястребом и парой незначительных фраз.
В Золотую Долину они въехали на рассвете третьего дня, когда солнце только мазнуло сонными лучами склоны величественных гор.
Пронзительно-звонкий голос Лэйна, прилипшего к окошку, разбудил и напугал Оливию. Протерев глаза, она слегка наклонилась вперед, намереваясь понять, что могло поднять ребенка в такую рань, да так и осталась сидеть, не в силах оторваться от увиденного чуда.
Море клубящегося тумана, плещущегося у подножия золотых гор, казалось живым и единым организмом: плавным, лениво перекатывающимся, неуловимо меняющим форму и цвет. Оно то выбрасывало вверх причудливые фигуры, раздувающиеся до необъятных размеров, беззвучно лопающиеся для того, чтобы выпустить ослепительно-белые извилистые молнии, то прогибалось вниз, создавая вихревые воронки, засасывающие в себя колышущиеся дымные волны.
— Ли, что это? — зачаровано прошептал Лэйн.
— Я не знаю, — потеряно произнесла охотница.
— Госпожа Оливия, смотрите, — Грасси указала пальцем на дорогу, ведущую к котловану с севера. Из огромного лопнувшего пузыря выполз золоченый экипаж, запряженный четверкой белоснежных лошадей. Качнувшись на вздувшемся под его колесами лиловом ухабе, он слабо накренился влево, а затем, выровнявшись, набирая скорость, быстро покатился вперед.
Двери их кареты внезапно отворились, и влетевший внутрь, как ветер, Касс мгновенно уселся на сиденье рядом с не успевшей среагировать на его вторжение Оливией. Сиденье напротив было заняты Грасси и Лэйном, поэтому девушке осталось только молча терпеть присутствие супруга рядом.
— Касс, что это такое? — указал пальцем в сторону причудливого туманного моря мальчишка.
— Где? — изобразил фальшивое изумление Касс и, наклонившись к окну, практически навалился на Оливию всем корпусом. — Мне показалось, или ты от меня прячешься? — шепнул он в покрасневшее лицо девушки.
— Вот еще, — фыркнула Ли, демонстративно отвернувшись к окну.
— Это проход в Азаандар, — сообщил Касс, положив руку на спинку сиденья и мягко зажав охотницу между собой и стенкой.
— Азаандар! — Лэйн уткнулся в стекло носом, распластав по прозрачной поверхности ладошки. — Невидимый город… — мальчишка, не мигая, уставился на вздувающиеся туманные пузыри.
— Почему столица находится в таком странном месте? — безразличным тоном поинтересовалась Оливия, делая вид, что не замечает устремленного на нее мерцающего таинственными всполохами взгляда мужчины и неуловимого напора его жаркого тела.
— Потому что Азаандар — последний сдерживающий рубеж на пути тварей потусторонья, — без тени шутки произнес Касс, и Оливия, мгновенно повернувшись к его лицу, замерла, с тревогой вглядываясь в ставшие изумрудно-зелеными глаза мужчины.
— Что значит, последний рубеж? — прищурилась она.
