— Ничего такого, о чем тебе стоило бы беспокоиться. Дети в порядке, а ритуал… да смешно. Небольшое заклинание, после которого фонит энергией. Не стоит верить всем словам Макарова. У него на меня давно наточен зуб. Дай только причину — он этим воспользуется.
Что ж, с этим было сложно не согласиться. Как-никак, Макаров притащился за Агатой в бар (нашел же!), увез и запугал своими туманными намеками о наказании. Что мешало ему просто отловить её где-нибудь на улице, а не играть в кошки-мышки?
Она ещё в кабинете чувствовала, что у Макарова счеты с кем-то из Адронов.
Всё же она не ошиблась. Это был Серп.
Кажется, он даже телефон для звонка ей дал неспроста — а чтобы дождаться Серпа. Только вот тот не ответил.
Серп повернул ключ зажигания, и машина мягко тронулась, выруливая на дорогу.
Агата закусила губу, думая о том, что же будет дальше.
С одной стороны, в прошлый раз Серп ее и на порог дома не пустил, предъявив это нелепое требования «подумать недельку и потом извиниться», с другой стороны, ведь не высадит же он ее сейчас по дороге?
Им нужно поговорить. И желательно до того, как Серпу снова взбредет что-то в голову.
— Между нами ничего не поменялось. — Голос мужа ворвался в ее мысли, ставя крест на всех рассуждениях.
Агата опасливо взглянула на его профиль. Мужчина следил за дорогой, не удостоив ее даже взглядом.
«Ничего не поменялось! Можно подумать, я сама так просто его прощу!» — сердито подумала она, скрещивая руки на груди.
Хотя на самом деле она себя обманывала, на короткий миг ей казалось, что они с мужем могут действительно просто переступить через обиду.
— Златон и Платон спрашивали, почему ты не пошла с нами в цирк, я сказал, что бабушка приболела и ты осталась с ней, — внезапно переменил тему Адрон.
Агата кивнула. Врать детям не хотелось, но и расстраивать их из-за ссоры родителей тоже было бы лишним.
— Как им представление? — Она и сама не ожидала, что ее так огорчит тот факт, что семейный поход не удался. Главное ведь, чтобы дети были довольны, а она вообще циркачей недолюбливает. Особенно клоунов. Кто вообще решил, что размалеванные мужики с красными носами — это смешно?
— Можешь сама их спросить, когда приедем. Не думай, что ты прощена. Тебе еще придется заслужить моё доверие и извиниться за всё, что ты наговорила и сделала. Но, так и быть, с детьми пообщайся. Они же не виноваты, что у них такая мать.
— Ты везешь меня в поместье? — На этом бы ей остановиться, но внутри все вскипело от негодования. — Какая щедрость, неделя так-то не закончилась, а ты дашь мне пообщаться с детьми, ой спасибо. Да и насчет извинений. Я все еще считаю, что их следует принести тебе, а не мне.
Договорив тираду до конца, она коротко выдохнула и вздернула подбородок. Что там она о себе думала? Что она умнее, мудрая женщина готова поступиться ради семьи своими чувствами? Чушь! Она орчанка и не потерпит унижения, даже ради любимого.
Он что, считает её безродной дворнягой, которую можно потащить домой из жалости? Еще и эти фразочки. «Так и быть», «такая мать», «заслужить доверие». Как будто в грязь лицом окунул.
Серп включил поворотник, внезапно останавливаясь у обочины. Затем нажал на включение аварийных сигналов. Повернулся к ней, сверля насмешливым взглядом.
«Вот сейчас он скажет, чтобы убиралась из машины!» — Агата подобралась. Ну уж нет. Ему придется принять боевую форму, чтобы ее вытащить. И вообще, они муж и жена, брачный контракт не составляли.
«Машина куплена в браке, так что она такая же моя, как и его! Не выйду!»
Вот только вместо того чтобы начать ее выгонять, он вдруг коснулся ее волос, проводя по ним указательным пальцем, играя с прядями.
— Агата. Ты так очаровательна, когда упрямишься, — хмыкнул Серп, в глубине его глаз мелькнуло что-то темное, мрачное. Не сверхъестественный огонь родового дара, который она могла определить уже практически безошибочно, но что-то иное, куда более жестокое и безжалостное. По телу побежали мурашки, меж лопаток засвербило так, что захотелось повести плечами, сжаться, стать маленькой и незаметной для этого взгляда. — Помнишь, как я потащил тебя знакомиться с моим дедом?
Вопрос был таким неожиданным, что пришлось несколько раз повторить его про себя, чтобы понять, о чем речь. К чему он спрашивает?
— При чем тут это сейчас?
Несмотря на то, что внука у деда Максимилиана было два, Серп был его любимчиком. Муж рассказывал, что тот с детства обучал его ритуальной магии и всюду таскал за собой, знакомя с «нужными» людьми и нелюдями. Дед всегда приходил внуку на помощь, да и с ней был вежлив и обходителен.
Возможно, именно поэтому то, что рассказала мать Серпа, произвело на нее столь большое впечатление. Кто бы мог подумать, что под маской скрывался жестокий тиран, державший семью в страхе?
— Как ты помнишь, в студенчестве я был очень популярен, ну, среди представительниц женского пола. — Муж пожал плечами, не красуясь, просто констатируя факт. — Знаешь, почему в итоге мой выбор пал именно на тебя?
— Потому что ты влюбился? — спросила она, не понимая, к чему сейчас клонит Серп.
