Обивка из гладкой черной кожи внезапно начала дымиться, смуглолицый человек забился в конвульсиях. Из его беспорядочно дергающейся руки выпал небольшой предмет с закрепленной на нем прозрачной коробочкой, и Кэйд поспешил подобрать опасный артефакт. Те, кто уже успел отойти к своим проходам, с ужасом смотрели, как в едком дыму задыхается Мэйнард.
Мона подождала, пока обстановка накалится до предела, потом небрежно помахала рукой, и дым моментально рассеялся.
Его превосходительство с трудом набрал воздуха в грудь и прохрипел:
— Отзовите своих псов, я не прикоснусь к оружию, обещаю!
— Это я уже слышала.
Древка стрел прилегали к вискам так плотно, что Мэйнард освободился с большим трудом. Что-что, а целиться эти эльфы умели!
— Больше такое не повторится, клянусь! Вы же на самом деле не думали, что я упущу такой шанс?
— Конечно, нет, милорд, — любезно ответила Мона, — я ждала от вас какой-нибудь подлости.
— Это была не подлость, а самозащита! — огрызнулся Мэйнард.
— На вас никто не нападал. Если хотите получить снадобье, дождитесь своей очереди.
Наследник Великого канцлера был оскорблен и разгневан, но все же он не мог не восхититься спокойствием и невозмутимостью этой женщины. Когда эльфы извлекли стрелы из спинок кресел и почти волоком отвели смуглолицего к его проходу, за столом начались переговоры.
Вскоре пятеро представителей разных миров покинули зал Совета, унося заветные пузырьки со снадобьем. О чем договаривалась с каждым из них волшебница, осталось тайной для остальных. Несговорчивый и коварный Председатель последним вернулся к столу и с вызывающим видом уселся в свое испорченное кресло.
— Знаете, я могла бы отправить вас домой ни с чем.
Мэйнард сверкнул синими глазами.
— Нет ничего страшнее мести красивой женщины!
— Не стоит дерзить в присутствии моей охраны.
— А то, что, они будут в меня стрелять? — насмешливо поинтересовался Его превосходительство.
Мона покачала головой.
— Нет, но я прикажу эльфам вас обыскать.
Почему-то эта пустячная угроза заставила Мэйнарда побледнеть.
— Я не причиню вам вреда.
— Вы пытались, просто у вас ничего не вышло.
— На этот раз не вышло.
— Вам известно, кто и с какой целью построил Зал Совета?
— Если вы хотите выведать все мои секреты, одной короткой встречи будет недостаточно. К тому же у меня накопился целый ряд вопросов, которые я просто жажду вам задать.
Мона безмятежно посмотрела на Мэйнарда глубокими темными глазами, и он внезапно почувствовал озноб. Эта прекрасная и загадочная принцесса из Средневековья читала его мысли.
— Вам так трудно поверить, что я волшебница?
— Все ваше волшебство — просто ловкий трюк для отвода глаз.
Мона подняла прижатые к столу ладони, и Мэйнард с ужасом увидел содержимое своих карманов.
— Снадобье лежит у вас в левом кармане, там же, где Ключ. Прощайте, милорд, приятно было познакомиться.
Джастин как раз подъезжал к воротам усадьбы, когда внезапно почувствовал неладное. Амулет на груди стал непомерно тяжелым, дыхание сбилось, сердце пропустило удар. Неужели что-то случилось с Нэн?! Пришпорив Гнедого, он стрелой влетел в распахнутые ворота и мимолетно заметил, что магический купол по-прежнему надежно накрывает усадьбу. Дэйзи при виде хозяина так усердно замахала пушистым хвостом, что по двору пронесся порыв ветра.
Марту и Адама Джастин нашел в просторном предбаннике, где они как раз заканчивали купать малышку. При виде довольной розовой мордашки, выглядывающей из пушистого полотенца, Хартли испытал невероятное облегчение. Слава Богам, с его дочерью все в порядке! Дом тоже выглядел, как обычно. В бане исходила ароматным паром огромная бадья, на лавке были сложены чистые полотенца и его домашняя одежда, в беседке ожидал накрытый к ужину стол. Робби уже расседлал Гнедого и повел его к озеру, чтобы как следует напоить и искупать.
— Доброго вечера, капитан! Мойтесь поскорее, пока ужин не простыл.
Джастин чмокнул Нэн в розовую щечку и принялся расстегивать пояс с оружием.
— Спасибо, Марта, я не задержусь.
В бане Хартли быстро разделся и забрался в бадью, но легче ему почему-то не стало. Амулет тяжело пульсировал и, несмотря на горячую воду, по-прежнему холодил ему грудь. Казалось, что артефакт отчаянно посылает сигналы Розе Корвелов, но не получает от нее ответа. И тут до Джастина дошло, что на той стороне связующей нити абсолютная пустота. Он больше не чувствовал свою любимую, словно свет ее жизни угас или…
Или она отправилась… Видение этой проклятой Двери так и стояло у него перед глазами! Заметив за ужином, что капитан явно не в себе, Марта унесла малышку в коттедж, а Адаму велела незаметно присматривать за хозяином. Ее не на шутку встревожил стеклянный взгляд, которым капитан уставился в темноту. Даже в ожидании родов Светлой госпожи он таким испуганным не выглядел.
