— Народ Литонии, — заговорил тихо, но казалось, что голос звенит, — наверняка сейчас каждый из вас спрашивает себя: кто этот юноша? Чего он хочет от нас? Зачем принес в Литонию войну? Я отвечу. Я — король этой страны Илверт Второй. Пятнадцать лет я жил далеко отсюда и мог бы оставаться там и дальше. Возможно, кого-то это обрадовало бы, но я никогда не забывал, откуда родом. Не забывал, что существует Литония — разграбленная, растерзанная, поделенная на части. Существует Литония, которая стала разменной монетой в политических играх соседних держав. Да, я мог бы забыть и об этой стране, и о ее народе, но о своем долге забывать нельзя. А мой долг — восстановить Литонию, которой правили поколения моих предков. Восстановить и сделать так, чтобы никто и никогда не посмел прийти сюда и диктовать свои правила. Да, невозможно за пару месяцев сделать страну процветающей и могучей, но все начинается с первого шага, и я сделал этот шаг. Хочу верить, что вы меня поддержите. Изельгард отступил, но это только начало, и в моем войске будут рады любому, кто готов защищать родину с оружием в руках. Я не буду обещать вам немыслимые блага, не буду лгать. Скажу лишь, что не пожалею жизни ради нашей победы и ради Литонии.
Я замолчал. Люди тоже молчали, а потом раздались одинокие выкрики, постепенно перерастающие в гул:
— Да здравствует Илверт Второй! Да здравствует король!
И впервые за долгое время я улыбался, потому что чувствовал себя на своем месте. Чувствовал своим. А теперь надо сделать так, чтобы мой народ не разочаровался в своем короле. И прежде всего — отказаться от помощи Верании. Слишком дорого придется за нее заплатить.
Где мы? Что это был за туман? Откуда он взялся и куда нам теперь идти? Мы чувствовали себя слепыми котятами, которых вышвырнули в огромный мир. Я должен вести своих людей, но куда? И вокруг, как назло, не было и намека на человеческое жилище. Только густые заросли, высокие деревья и кустарники.
— Что будем делать, командир? — спрашивали солдаты.
— Надо выяснить, что это за место, — ответил я. — И потом уже будем смотреть по ситуации. За мной.
И снова начал прокладывать дорогу через кустарник, надеясь, что рано или поздно он закончится. Не знаю, сколько прошло часов. Казалось, целая вечность, да и солнце уже было в зените, значит, сейчас не меньше полудня, а мы добились лишь того, что пролесок закончился.
— А в воздухе пахнет морем, — заметил рядовой Стейл.
И правда, тянуло солью. Но морское побережье слишком далеко от столицы Литонии — в двух неделях пути. Неужели мы столкнулись с магической аномалией? Во время учебы приходилось читать о подобных, но одно дело читать и совсем другое — увидеть воочию. Не слышал, чтобы такое случалось за последние сто лет — магия выродилась и стала больше сказкой, чем реальностью. И почему у меня она была, я сам не мог объяснить.
— Получается, мы где-то в северной Литонии, — сказал я задумчиво, — на границе с Веранией.
— И как нас сюда занесло? Что будем делать? — послышались растерянные вопросы.
— Надо двигаться к границе с Изельгардом. Но для этого не мешало бы выяснить, где она. Поэтому будем искать жилье.
Эта часть земли Литонии сейчас была под управлением Верании, так что вряд ли кто-то будет рад увидеть часть изельгардской армии посреди этой территории. Снять форму? Вряд ли поможет, нас слишком много. Надо двигаться незаметно, но как, если нас больше полусотни? Рассредоточиться? Разбиться на отряды? А не будет ли тогда нас проще перебить?
— Двигаемся вдоль рощицы, — скомандовал я. — Заметите жилье — дайте знать. Мы должны пройти по этой земле так, чтобы нас видело как можно меньшее количество людей.
И мы снова шли вперед, не зная, куда приведет дорога. Страха не было. Скорее тревожила неизвестность. Когда перед тобой враг, сражаться легко. А если ты неведомо где, без еды и воды — как быть? Ладно вода. По пути нам попадалось несколько мелких речушек, можно было напиться и умыться. А вот еда — это проблема. И еще одна — вражеская территория.
Прошло еще часа два, прежде чем впереди все-таки показалось какое-то строение. Деревушка? Увы, нет. Я разглядел веранские флаги. Видимо, это вражеская застава, основанная в поселке. Решиться на вылазку? Или нет? Я замер в раздумьях.
— Сэммит, Керт, снимайте форму, — скомандовал я, — пойдем на разведку. Остальным оставаться здесь.
Мы быстро разделись — остались в рубашках и штанах. Рубашки были темными — дополнительная маскировка в условиях быстро сгущающейся тьмы.
— Попробуем обойти заставу с тыла, — сказал я. — Если заметят, скажем, что заблудились и идем из Лаппервила.
Лаппервил — один из северных приморских городков. Я понятия не имел, рядом он или далеко, но других вариантов все равно не было. Мы двинулись, пригибаясь, чтобы нас не заметили из-за кустов и деревьев. Колючки цеплялись за одежду, влажная, рыхлая земля хлюпала под ногами. Ненавистная Литония! Как в этой стране вообще можно жить? Но люди жили и сражались за свою страну, а я — за свою, и буду сражаться до последнего.
