— С меня снимали браслет только для тренировок, я всегда чувствовала, что советники где-то поблизости и не решалась бежать. Это не увенчалось бы успехом. Решив добиться расположения и втереться в доверие к Амодеусу, я долго практиковалась, прежде чем научилась владеть полным объемом сил. Всячески проявляла покорность и согласие с тем, что происходит в замке. Также я совершенствовала свои боевые навыки. Тренировал меня Арсесиус. Ментальная связь с Лассом замолчала, мне было очень одиноко и страшно. В какой-то момент мы сдружились с темным эльфом. По крайней мере, он заставил меня в это поверить. Именно у Арсесиуса был ключ от всех артефактов, запирающих силу. Ключом, что был у Вэлкана, я не смогла бы открыть браслет сама, даже если бы украла его. Сам он не отпустил бы меня, опасаясь за жизнь Лораны.
Криос уже начал догадываться к чему идёт разговор и насторожился.
— Я в курсе, что только закрывающий может воспользоваться подходящим к браслету ключом. Но не знал, что у Амодеуса есть и общий, считал, он затерялся.
Я усмехнулась.
— Мне показалось это подарком судьбы. Ключ к моей свободе всегда находился рядом. Оставалось лишь протянуть руку. Но он был сыром в мышеловке.
Криос встал и начал расхаживать по комнате туда и обратно, предчувствуя гадкую концовку рассказа. Я уже была готова к его осуждению и призналась в том, от чего сама себя ненавидела.
— Я отдалась Арсесиусу, чтобы иметь возможность открыть браслет и сбежать.
Мое лицо загорелось, щеки пылали. Глаза приросли к полу.
— Но даже не это самое страшное. Я была настолько глупа, что испытывала к нему доверие, симпатию, а по итогу это организовало образование связующих уз. Моя жертва оказалась не только напрасной, но и, получив мою невинность, Арсесиус избавил себя от мучений. К тому же, с этого момента он мог не следить за мной так тщательно. Узы всегда указывали ему верный путь.
Я оторвала стыдливый взгляд от пола и настороженно посмотрела на Криоса в ожидании, что теперь навсегда стану для него противна. В определенный момент, когда он запустил руку в волосы, попутно снимая корону с головы, положил ее на край стола и отвернулся к окну, я уже даже смирилась с его реакцией. Мне стало ещё хуже от поступка, что я совершила. Как я вообще могла надеяться, что меня кто-то поймет? Уже не надеялась. Такое невозможно понять. Но я не могла скрыть такой порок. Если бы он всплыл тогда, когда я окончательно и безвозвратно влюбилась в этого прекрасного мужчину, а он бы из-за этого меня отверг, то я не собрала бы свое сердце уже никогда, при этом заставив пострадать и его. Хотя и не уверена, что этого не случилось уже сейчас. По крайней мере, для меня.
Я ожидала, пока Криос повернется и скажет, какая я глупая, осудит или станет поучать. Но он неожиданно задал лишь один вопрос, при этом, даже не посмотрев в мою сторону.
— Ты приняла решение по поводу рассечения связующих уз? — спросил он спокойно.
Такая реакция и была катастрофой. Кажется, я сильно переоценила его чувства ко мне. Мой рассказ не вызвал даже злости или осуждения у владыки севера. Лишь равнодушие. Я встала, поскольку после ответа собиралась убрать себя от Криоса подальше.
— Да, я приняла решение, — ответила как можно увереннее, хотя голос предательски дрогнул, — Я хочу рассечь их, чего бы это ни стоило мне.
Затем я направилась к двери, но не успела прикоснуться к ее ручке. Криос пересёк комнату широкими быстрыми шагами, развернул меня к себе и поцеловал. Не просто поцеловал, он пил меня. Нежно. Одновременно напористо и страстно. Его холодные руки обхватили мое лицо и шею, такие же ледяные губы и язык исследовали мой рот. Тело обдало холодом, что он излучал. На мгновение я оцепенела от неожиданности, не могла поверить в происходящее. Я не стала противна ему. Он знал мою историю, и она его не оттолкнула. Сердце на мгновение замерло в груди, чтобы разогнаться до предела. Я сначала робко, а затем смелее ответила на его ласки, проложила руками дорожку от широкой груди Криоса к шее. Обняла его и притянула ближе, тем самым заставив углубить поцелуй. Его руки блуждали по моей талии и плечам, крепко сжимая податливое тело. Затем он решил ослабить напор и оторвался от меня. Его глаза излучали страсть и нежность, освещая лицо голубым магическим светом. Резкая радость поднялась к моей груди, я улыбнулась. Криос же стал осыпать мое лицо лёгкими успокаивающими поцелуями.
— Я уже думала, что никогда не поднимусь в твоих глазах, — робко произнесла, остерегаясь спугнуть свое счастье. Криос посмотрел на меня с недоумением.
— Ты подумала, что я тебя могу осудить?
Я опустила глаза.
— Посмотри на меня, Аэлина, — он нежно прикоснулся к моему подбородку, поднимая лицо выше. Наши глаза встретились вновь.
