Воздух стал ещё холоднее, чем в Снежинке; ледяной ветер обжигал щёки, и Тор был бесконечно благодарен Мельде за новую одежду. Вскоре мороз стал почти невыносимым, а чуть голубоватое небо – единственный намёк хоть на какой-то цвет – стало серым.
Тор поискал взглядом обещанное озеро, но не нашёл.
Энгль пожал плечами и произнёс:
– Я ничего не вижу, как далеко ни пытаюсь посмотреть.
Он глубоко вдохнул, закрыл глаза и долго не открывал… а потом вдруг согнулся, вскрикнул от боли и схватился за руку. Не за ту, что была поражена проклятием, а за другую.
Мельда бросилась к нему и стала беспомощно водить руками вокруг, в поисках хоть чего-нибудь, что может помочь. Тор стоял неподвижно, с отвисшей челюстью, и смотрел, как кожа на руке Энгля медленно рвётся, словно её распарывают по шву. Прошло несколько ужасных мгновений; кровь забрызгала плащ, который с таким старанием шила Мельда, и появилась надпись, хорошо заметная на бледной коже.
На мгновение наступила тишина.
А потом Мельда схватила за руки друзей и бросилась бежать.
– Что ты делаешь? – прошептал враз побледневший и потерявший много крови Энгль.
– По-моему, это такое правило, – сказала она. – Нам нельзя прекращать движение. Что бы ни случилось.
– Что?!
– Вспомни, что нам сказал телекорп. Он сказал, что нас будут
Тор сглотнул. Мельда права, совершенно точно права. Она знает, что такое правила, лучше, чем кто-либо другой. И если она права…
Это их первое испытание.
Мельда была не лучшей бегуньей. Буквально через минуту, что совсем не удивило Тора, она уже дышала хрипло и тяжело.
Мельда замедлила шаг и отпустила их руки.
– Ребята? – спросила она с улыбкой. Она смотрела не на Тора и не на Энгля.
Тор прищурился и посмотрел вперёд, но никого не увидел. О ком это она? А потом всего в нескольких метрах от него появился силуэт. Но это был не мальчик.
А Роза.
Она запрокинула голову и засмеялась, смешно мотая чёрными косичками.
– Я знала, что ты вернёшься, – сказала она. – Говорила маме, что беспокоиться – это глупо.
Тор, подойдя к ней, ничего не сказал. Она стояла здесь, посреди Теней, и выглядела точно так же, как в то утро, когда они ушли из дома. Тору больше всего на свете хотелось обнять её, проверить линию жизни и убедиться, что ничего не изменилось. Услышать прекрасные песни, которые она исполняет. Но, хотя Роза была уже совсем близко, Тор пробежал мимо. И она исчезла в облачке дыма.
Мельда, похоже, собиралась остановиться.
– Что вы тут делаете? – спрашивала она у кого-то, кого на самом деле здесь не было.
Тор схватил её под руку, чтобы они снова держались друг за друга.
– Не надо, – сказал Тор. Он повернулся, чтобы взять за руку и Энгля, но его друг выглядел скорее не удивлённым, а уставшим.
– Я видел моих родителей, – тихо сказал он. – И ради них я точно не остановлюсь.
И тут серые облака, висевшие над ними, опустились так быстро, словно упало само небо; Тор невольно пригнулся. Облака остановились в паре метров над землёй, образовав плотную дымку. Они оказались холодными, словно иней, вплетённый в вату.
Тор пошёл дальше, отчаянно пытаясь увидеть хоть что-нибудь сквозь холодную мглу, хотя и понимал, что это бесполезно – даже Энгль сейчас шёл вслепую. Наконец он закрыл глаза, и тьма, на удивление, оказалась даже приятнее, чем бесформенный туман.
У него закружилась голова, хотя он всего лишь сделал несколько шагов вперёд – а друзья больше не держали его за руки. Земля ушла у него из-под ног, и к горлу тут же подкатил ком. Может быть, стоит хоть на миг замедлить бег? Или остановиться и понять, где именно он находится? Вдруг он бежит прямо к краю пропасти…
Кто-то присоединился к нему. Откуда-то из бесконечного тумана зазвучал голос Мельды. А потом и Энгля. Они напевали вместе; они помнили каждую ноту этой мелодии ещё с тех пор, как им исполнилось шесть.
И Тор уже не чувствовал себя таким потерянным. Он открыл глаза.
Когда песня закончилась, облака опустились ещё ниже, к их лодыжкам. Они вдруг ясно увидели всё вокруг. Тор заморгал, потом, оглядевшись, увидел друзей – Мельда слева, Энгль справа.
Без всякого предупреждения Энгль сделал нечто немыслимое. Он остановился.
Прежде чем Тор успел закричать, его друг медленно поднял руку.
– Его нет, – сказал Энгль. – Правила больше нет.
Тор и Мельда тоже остановились.
