— Я просто задумал эксперимент, — объяснил Алекс. — Через пару дней их здесь уже не будет.
— Вот и прекрасно. А теперь, прошу тебя, поехали, иначе мы опоздаем. Собственно говоря, — она взглянула на часы, — мы уже опаздываем. А ты же знаешь, какой доктор Торрес пунктуальный.
Алекс, поднимаясь по лестнице, обернулся.
— Папа и я не уверены, что мне нужно ездить туда.
Эллен застыла, едва сунув руки в рукава легкого пальто.
— То есть?
Лицо Алекса оставалось, как всегда, бесстрастным.
— Мы с папой говорили об этом… вечером и решили — возможно, что-то со мной не так.
— Н-не понимаю, о чем ты, — выдохнула Эллен, хотя на самом деле сразу все поняла. В это утро они с Маршем почти не разговаривали, с работы он — в первый раз за долгое время — не позвонил ей. Значит, он и Алекса хочет использовать в этой их войне как орудие против нее, но уж с этим она мириться не станет, потому что в конечном итоге все отразится только на Алексе.
— Я прочитал кое-что… — попытался было продолжить Алекс.
— Вот и прекрасно! — отрезала Эллен. — Меня ни в малейшей степени не интересует, что ты там прочитал и до чего вы с отцом умудрились договориться.
Слава Богу, ты все еще пациент доктора Торреса, он ждет тебя на прием, и ты поедешь туда, хочется тебе или нет. Понял?
Алекс кивнул.
— Можно, я только отнесу это к себе наверх? — он слегка приподнял проволочную клетку.
— Нет уж. Оставь ее во дворе.
По дороге в Пало Альто ни Алекс, ни его мать не сказали друг другу ни слова.
— Я думал, Алекса привезет твой муж, Эллен, — произнес Торрес, когда они вошли. Он не поднялся им навстречу, а лишь указал на два кресла для посетителей.
— Он… не пожелал, — ответила Эллен. — И мне хотелось бы поговорить и об этом. — Она слегка покосилась на Алекса. Торрес сразу понял, что она имеет в виду.
— Лаборатория вот-вот будет готова, — повернулся он к Алексу. — Может быть, минут пять подождешь в кабинете у Питера?
Алекс молча вышел из кабинета. Когда за дверью затихли его шаги, Эллен, глубоко вздохнув, начала рассказывать обо всем, что случилось за последние дни, — о ссоре с мужем, его странной беседе с Алексом, книгах, которые тот читает.
— То есть мне кажется, — закончила она, — Маршу все же удалось убедить Алекса, что с ним что-то не в порядке.
После небольшой паузы Торрес потянулся к трубке. Эллен машинально следила, как его длинные смуглые пальцы уминают табак. Лишь когда под потолок всплыло первое облачко синеватого дыма, Эллен услышала низкий голос Торреса.
— Проблема в том, что муж твой, видимо, прав, — Торрес говорил почти равнодушно. — И я как раз собирался сообщить твоему супругу, что намерен снова положить Алекса в Институт на обследование.
Эллен почувствовала, как немеют руки.
— Как… а зачем? — Слова вырывались словно сами собой, едва слышные и беспомощные. — Я думала… все же шло так хорошо, и…
— Разумеется, ты так думала, — глубоко затянувшись, Торрес с шумом выпустил дым. — И, в общем, все так и было. Но постепенно… начало происходить что-то непонятное. — Взгляд его темных горящих глаз встретился с испуганным взглядом Эллен. — Поэтому я и хочу снова положить его к нам, чтобы выяснить, в чем проблема и что могу я предпринять для ее решения.
На секунду Эллен прикрыла глаза — словно надеясь, что вместе с этой комнатой исчезнут и одолевавшие ее тревожные мысли. Что она скажет Маршу, если вернется домой без Алекса? Покается, что он, мол, был прав, что-то не получилось и она оставила сына на попечении доктора, по милости которого, собственно, это и произошло? Хотя ведь Раймонд не говорил этого… Что-то непонятное — так, кажется, он сказал…
— А ты можешь мне объяснить, что именно… тебе непонятно? — попросила она, тщетно стараясь унять дрожь в голосе.
— Да, в общем, похоже, ничего серьезного, — Торрес пожал плечами. — Во всяком случае, ничего, что могло бы дать повод для беспокойства. Но пока я все до конца не выясню, Алексу лучше остаться здесь, поверь мне.
Эллен нервно вертела на пальце обручальное кольцо — жест, появлявшийся у нее лишь в минуты отчаяния.
— Не знаю, согласится ли Алекс… — она говорила едва слышно, почти шепотом.
— Разве нам так необходимо его согласие? — заметил Торрес, глядя по-прежнему ей в глаза. — Как, кстати, и согласие твоего мужа. — Поняв, что Эллен собирается возразить, он быстро добавил: — Эллен, ты же знаешь — я действую только в интересах Алекса.
Перед тем как кивнуть в знак согласия, Эллен колебалась не более секунды.
— Но, может быть, можно подождать до завтра? — голос ее звучал почти умоляюще. — Можешь дать мне один день, чтобы… чтобы убедить его? Если я сегодня приеду домой без Алекса, я… я не знаю, что тогда будет.
