Сегодня просто невероятный день! Нужно сделать что-то ещё, чтобы не спугнуть удачу, которая сама летит ко мне в руки. Может, купить лотерейный билетик?
Мои мысли прервал стук входной двери.
- Олечка, я дома! – прогудел непривычный бас, и я вздрогнула.
Мамин Николаша. Чёрт, я совсем про него забыла. Мама прямо из кухни полетела ему навстречу, повисла на нём и они опять стали целоваться. Фу.
Я поймала себя на мысли, что считаю, сколько лет мама жила без мужчины рядом? Все мои 25 лет. А сколько до моего отца – тоже непонятно. Она родила меня в 20 лет, сейчас ей 45. Баба Ягодка, видимо не зря так говорят.
Да уж, не густо. Я устыдилась своих мыслей и постаралась не думать о маме и её новом сожителе. Возможно, скоро я съеду от них и меня это вообще перестанет волновать.
Я еще раз выглянула в окно. Был пасмурный ветреный день. Внизу по тротуару летала пыль и одинокая бумажка. Я решила, что сегодня не выйду из дома, а буду лежать на кровати, закажу вкусняшки и буду читать книжки сколько влезет. Я заслужила. В конце концов, перед новой работой нужно же как следует отдохнуть?
***
К вечеру моя голова гудела. Я набралась разной информации о том, как строить генеалогический поиск, какие родовые сценарии бывают и как род может помогать в делах. Информация, прямо скажем, необычная. С точки зрения родовой системы я – никчемный элемент. Предков своих не знаю, на кладбища не хожу, поминки не устраиваю. Да я даже своего отца не знаю! А между тем отец отвечает за моё финансовое благополучие. Вот почему и мама и я сидим без денег, от зарплаты до зарплаты.
Но было и ещё кое-что, за что я уцепилась. Моё сердце подсказало, что в этом что-то есть. Наше женское одиночество – бабушка, мама, я – не просто так. Это повторяющийся сценарий и он показывает, что в роду что-то не так с любовной сферой. Но, строго говоря, это и без эзотерики понятно. Любой психолог мне скажет, что бабушка, выросшая без отца, передаст своей дочке ту же модель поведения, что и у неё. Дочка, не сумевшая удержать своего мужчину, но умудрившаяся забеременеть, тоже не передаст своей дочке ничего хорошего.
Ну а та самая дочка – это уже я. И мне уже двадцать пять, и я тоже полюбила не того мужчину. По крайней мере, пока он не разведётся со своей мегерой и не будет весь мой. Что же делать?
Единственное, что кажется мне более-менее понятным, это составление родового древа. Пожалуй, займусь им завтра с утра, после того, как посмотрю соцсети Глеба и оценю фронт работ.
Но с чего же начать? Я застряла на данных о моём отце, дедушке и прадедушке, а ещё на прабабке. И это только по материнской линии. Где же искать? Может, у мамы где-то в чемоданах сохранились фото или документы? Дорогие мои предки, дали бы хоть подсказку.
Внезапно я услышала непонятный стук.
Я моргнула, а когда открыла глаза, поняла, что вся дрожу. Я стояла на мокрой от росы траве, а по земле стелилась белая дымка. Я посмотрела на свои ноги и увидела, что стою босиком посреди огромного луга, поросшего травой. Дул холодный ветер, я ёжилась и пыталась согреть себя руками. Когда я увидела, что обнимаю руками голую грудь, то поняла, что стою совершенно обнаженная.
Моя кожа покрылась мурашками, а волосы лезли в глаза. Я огляделась. Вокруг – ни души. Внезапно земля передо мной пришла в движение и начала расти. Прямо посреди поля вздымались бугры, комья земли сыпались по все стороны. Подо мной тоже что-то зашевелилось и я в страхе отпрыгнула. Что-то острое лезло вверх, и таких бугров было много, прямо до горизонта. Одновременно с этим вставало солнце и мне стало намного теплее. Я осторожно переступила с ноги на ногу и пошла между стройными рядами холмиков. Они росли в каком-то геометрически правильном порядке, но я не понимала, в каком. С моей кожи начал каплями стекать пот. Мне стало жарко и всё тело начало чесаться. В какой-то момент я оглянулась и увидела, что из-под земли вылезли кресты и надгробия. Передо мной расстилалось кладбище.
Я закричала и проснулась. Что за чёрт?!
В моей комнате было темно, а я по самые уши была закутана в одеяло, хотя на улице стоял тёплый июнь. Я вся вспотела и мне было нестерпимо жарко. Хотелось пить. Но больше всего радовало, что я дома, в знакомой обстановке. Никаких тебе крестов, комьев земли, кладбища. Я дома. И я больше не хочу никаких снов.
«Что это вообще было?» — в панике соображала я и дрожала от страха. Я нашарила рукой телефон и посмотрела на время. Экран показывал 02:45 утра.
«Рома, ты спишь?»
Ответ пришёл в ту же секунду:
«Нет, думаю о тебе. Ты меня простила?»
Я любила наши ночные переписки. Было полное ощущение, что он рядом.
«Простила. Разве можно тебя не простить?))»
«Давай увидимся. Завтра могу заехать за тобой в обед. Квартиру посмотрим и пообедаем».
«Завтра не могу, есть планы».
Я решила ещё немного повредничать.
«Блондиночка, я очень соскучился. Ты не поверишь, что я хочу с тобой сделать …»
«Не поверю, пока не сделаешь»
«Надень завтра чулки. Я всё равно приеду»
«Рома! Какие чулки? Жара на улице. И я завтра занята»
«Надень, не пожалеешь»
