Ну что сказать…Черт меня побери. А ведь так было приятно слышать, как кто-то говорит, что у меня светлая душа, даже если это и не так. А теперь у меня даже это отобрали.
Я сделала глоток.
Вода была сладкой и отдавала камнем. Желудок воспринял ее с радостью.
И в тот же миг Тьма отступила. Еще глоток, и я смогла сделать глубокий вдох. Я выпила все до последней капли и откинулась на спинку кресла, закрыв глаза и тяжело дыша.
Открыв глаза, я увидела Драгоса, который сидел рядом со мной, аккуратно расположив крылья за спинкой кресла.
— Я нашел тебе слуг, — сказал он, как будто в продолжение беседы. — Первое время с ними будет трудно найти общий язык, они эйдолоны, то есть призраки, души давно умерших язычников. Земли, которые находятся над нами, еще со времен Римской Империи населяли христиане. Души христиан после смерти отправились дальше, а души язычников остались здесь.
— Души язычников… — повторила я, вспоминая один разговор принцесс. Они говорили о предложении, предложении лорда Драгоса, теперь я понимаю, что к чему. Лакримора сказала: «Нет, нет, мы зашли слишком далеко, чтобы сдаться и лишиться души.»
Я что, лишусь души? Своего шанса на жизнь после смерти? Как я еще могу думать о рае, когда являюсь невестой лорда Подземного мира…
Драгос не заметил, что я задумалась, и продолжил:
— Михас будет одним из твоих слуг, он сам попросился, и я не вижу причин ему отказывать. Но у тебя должны быть и служанки. Слишком долго этот замок представлял из себя холостяцкое гнездышко. Боюсь, я многое упускаю. Тебе нужно что-нибудь? Что-нибудь, чтобы тебе стало комфортнее находиться здесь? Очевидно, тебе нужна чистая одежда.
— Да, одежда и потеплее.
— Разумеется.
— И мне нужно знать, где опустошать ночной горшок.
Трудно сказать, чего на его лице отразилось больше, смущения или ужаса. Он был аристократом до мозга костей, даже для дракона-демона. Возможно, мой вопрос про ночной горшок привел его в смятение и ужас в такой же степени, как меня его наросты на щеках и красная кожа.
А может быть, змеи вообще не какают…
— Хм, да, хорошо, думаю, что твоя будущая служанка об этом, кхм, позаботится. А пока, кхм, вероятно, Михас…
— Что на счет ванной комнаты?
— Это я могу устроить.
— И еще… ковер в спальню, полог для кровати, возможно, парочку одеял, к которым не прилагается чье-то лицо? И возможно еще… — я засомневалась.
— Спрашивай, давай. Если это в моих силах, то ты это получишь.
— Гербарий? — спросила я его тихим голосом.
Щеки Драгоса опустились.
— Я мог бы попробовать это организовать, но я не понимаю зачем, — произнес он мягким голосом, как будто стараясь не задеть меня. — В Подземном мире не нужен травник. Те смертные, которых можно было бы вылечить уже давно мертвы, а бессмертные никогда не болеют. В землях смерти нет места лечению.
Это стало для меня настоящим ударом. Все остальное, о чем я размышляла, после принятия этого решения, как будто померкло. Возможность потерять душу? Слишком глобально, чтобы переживать. Отсутствие настоящего брака и детей от Драгоса? Ну и черт с ним. Но жизнь без трав, без той единственной вещи в мире, в которой я могла найти утешение?
Тишина повисла между нами.
— Прости меня. Я прикажу Михасу принести тебе поесть.
Он ушел и практически сразу появился Михас.
— Ревека, ты в порядке? — спросил пастух. Он принес поднос, на котором был хлеб и фрукты, и желудок свело от голода.
— Я же могу это съесть? — спросила я шепотом.
Михас резко поставил поднос. С него скатилось несколько виноградин, и он прыгнул за ними, пока они не укатились в тень навечно.
— Понятно, не могу, — бросила я и побежала к себе в комнату.
Я забыла захватить свечу и практически сразу поняла, что не вижу, куда бегу. Но бежать не перестала, я держалась за стену и передвигалась на ощупь. Ковров в замке не было, и пол был сложен из гладких камней, так что споткнуться было не обо что, было абсолютно безопасно бежать по коридорам в темноте…
И тут резкий удар, и я почувствовала, как кровь полилась по лицу, я врезалась в стену. Упав на спину, еще и ударилась головой.
Я пропустила поворот. Я должна была свернуть налево в конце коридора, и тогда бы моя дверь была шестой справа. Но забыла, что коридор заканчивается стеной.
И я заплакала. Плакала долго. Обычно, когда начинаю плакать, то довольно быстро вспоминаю, что в этом нет смысла, и слезами делу не поможешь, но на этот раз я просто не видела выхода.
Довольно быстро я поняла, что кровь, текущая ручьем из носа, капает с подбородка на рубашку и, конечно, от этого я расплакалась еще сильнее. Я пыталась убедить себя, что нет смысла переживать из-за гербария и трав, ведь Па спасет меня. Но я не верила этому. У Па не было возможности меня спасти. Драгос гигантский огнедышащий змеей с обсидиановыми когтями.
Я готовила себя к тому, что мне суждено тут остаться, потому что, боюсь, это неизбежно.
Как же холодно и одиноко в этом замке. Не удивительно, что Драгос хочет жениться.