Оливер улыбнулся из своего убежища и тихонько удалился вглубь колоннады. Выбежал легкой походкой на широкую лестницу. Где-то, среди играющих в классическую игру с мячом, должен быть его большой синеглазый альфа. За будущее братьев-кузенов Оливер больше не беспокоился.
Томас догнал Виллема, дёрнул его за плечо. Принц, не оборачиваясь, шагал по усыпанной чистым песком дорожке. Но от железной хватки нидервизовского наследника было не так-то просто избавиться.
- Послушай меня, Виль.
- Отстань от меня! Ты целовался с Оливером! - закричал, потрясая кулаками, Виллем. Его глаза метали молнии.
- А ты флиртовал с этим графом… Гилбертом или Габриэлем… как его…
- Идиот! – прошипел Виллем и вдруг неожиданно всхлипнул. – Я специально! Чтобы ты ревновал!
- Так и я с Оли… не нарочно, - в полном обомлении выдал Томас.
Виллем с силой толкнул брата в грудь. Описав косичками живописные загогулины, юноша рухнул в кусты цветущего гибискуса. Немножко подумав, принц Монтанверта прыгнул следом, окончательно разрушая работу садовника. Брат встретил его широкой ухмылкой.
- Какие же мы тупицы, - отплевываясь от листьев, заметил Томас, - мой любимый омега.
Виллем улыбнулся.
- Томи, если когда-нибудь я скажу тебе «уйди» - не слушай меня…
- Обещаю, - лицо Томаса осветилось счастливой улыбкой. – Я обещаю тебе всего себя.
Виллем неожиданно фыркнул. В его глазах вдруг зажглись прежние хитрые зеленые искорки.
- Ой, смотри, Томи… Я ведь запомню!
Теплая осень сменила жаркие дни последнего летнего месяца. Принцы отправились в Нидервизе, заканчивать престижную школу для аристократов. Родители едва удержались от длинных нотаций, но посчитали отпрысков достаточно самостоятельными для решения личных проблем.
Посовещавшись, короли решили пока не открывать истинную сущность принца Виллема, разрешая ему доучиться в школе в статусе альфы. Как печально поведал лекарь, у юноши был серьезно нарушен гормональный баланс и в ближайшее время течек можно было не ждать, а значит, запах пока не мог выдать Виллема. Том клятвенно обещал следить за братцем во все глаза и замечать малейшие изменения его настроения и самочувствия.
Учебный год начался удивительно. Томас и Виллем, занимающие две комнаты на один блок, проводили все время вместе. Томаса вдруг резко заинтересовали науки. Он взялся за учебу и, игнорируя веселые вечеринки и фривольные приключения, проводил целые вечера за книжками.
Внешне принцы казались все теми же дружными братьями. Разве что смотрели друг на друга дольше и нежнее. Но, оказавшись за закрытыми дверями, они принимались исступленно целоваться, до одури впиваясь в идентичные, будто припухшие губы. Тискали жадными руками горячие тела, стыдливо обходя те места, дотронуться до которых хотелось до безумия. И всё же тянули с желанной близостью. Боялись нарушить установившийся мир, хотя оба держались исключительно упрямством и чётким ощущением, что очень скоро они преодолеют последние преграды. Томаса уже возбуждал каждый изящный жест Вилли, каждый взгляд его манящих глаз. Он чувствовал, что продержится недолго. Братец явно его провоцировал.
Нидервизовский принц сражался со сложным математическим примером. Виллем хлопнул дверью, прошёл в комнату брата, попутно расставляя по местам сброшенные в приступе гнева предметы. Посмотрел в исчёрканные закорючками листы толстой тетради. Хмыкнул.
- Что, самый умный, да? – моментально отозвался на невысказанную иронию Томас.
- Не злись, - ласково улыбнулся Вилли. – Помощь уже прибыла.
Томас не успел огрызнуться на явный подкол брата. Виллем вдруг нагло уселся к нему на колени. Поёрзал, устраиваясь поудобнее. Томас мысленно взвыл. Ощущение упругой попки, практически прижимающейся к паху, тут же направило мысли юноши в области, далёкие от математики. Член моментально отреагировал, распирая пространство тесных домашних брюк. Виллем еще раз потёрся попой о твердеющий орган, мечтательно зажмурился.
- Тааак… что у нас с уравнением? – он склонился над нескладными математическими выкладками, прогнувшись в пояснице.
Томас положил дрожащие руки на изящные бедра брата. Провел, дурея от близости любимого тела.
- Томи, ты сделал две ошибки, - авторитетно заявил Виллем, перечёркивая тонкой чертой длинное запутанное решение. – Придётся начать всё сначала.
- Отлично, - отозвался сквозь зубы Томас, пытаясь посмотреть Виллему через плечо, на быстро появляющиеся значки.
Значение символов он уже не понимал. Брат едва заметно двигался, будто бы в ритме письма, и эти мини-ёрзанья на предельно налившемся члене приносили блаженную эйфорию. Томас легко коснулся губами шеи Виллема, словно в отместку.
- Ааах… - юноша прикрыл глаза, откинул голову, позволяя Тому скользить губами по тёплой гладкой коже, по густым ароматным волосам.
Запах брата был одуряющим.
