– Итак, – продолжала Глория, – Эдуард со своей невестой затем провел какое-то время в Испании, где, как сообщали наши собственные спецслужбы, их чествовали немецкие агенты под прикрытием и богатые единомышленники из высшего общества. Лесть, правая идеология и гостеприимство, оказываемое герцогу, ублажали его эго. Это было незадолго до того, как он стал рассматривать свое отречение преждевременным и необдуманным. Почему бы ему не жениться на ком угодно, кто ему понравился? Какое право имела Церковь отказываться их поженить? Черчилль был обеспокоен растущим братанием Эдуарда с Иоахимом фон Риббентропом, в то время послом Германии и близким другом Гитлера. Он знал, что надо принимать радикальные меры. Эдуард выдавал Германии слишком много информации и обнадеживал сторонников нацизма здесь, в Англии. Поэтому Черчилль организовал, чтобы Эдуарду был предложен пост губернатора Багамских островов во время Второй мировой войны, – приглашение, от которого действительно нельзя было отказаться.
Кейт начала задаваться вопросом, к чему ведет ее подруга. Ей не пришлось долго ждать, чтобы это выяснить.
– Ты слышала о сестрах Митфорд? – спросила Глория, наклоняясь еще дальше через стол и понизив голос, так что он стал почти шепотом.
– Конечно. Они были повсюду в светских журналах и газетах с двадцатых по сороковые годы.
– О, значительно дольше.
– Их было четверо, не так ли?
– Шестеро, если быть точными, и еще брат. Нэнси, известная своим остроумием и своими романами, Памела, поспокойнее – хотя все они были немного, скажем так, своеобразными. Потом была Диана, фашистка, которая вышла замуж за сэра Освальда Мосли и была посажена в тюрьму во время Второй мировой войны. Джессика, полная ее противоположность, одно время коммунистка и борец за социальные изменения, и Дебора, светская дама, которая в итоге стала герцогиней Девонширской. Но самой интересной была третья по старшинству, Юнити, одурманенная Адольфом Гитлером.
– Чувствую запах большого скандала.
– О, – сказала Глория, – это вообще сногсшибательно.
Ее подруга пристально смотрела на нее через небольшой круглый стол, предоставлявший им тихое уединение.
– Нэнси Митфорд, писательница, привлекала наибольшее внимание, но именно Юнити заработала самую дурную славу, будучи настоящей фашисткой более чем преданной Адольфу Гитлеру. Юнити была ревностным членом Британского союза фашистов и провела большую часть тридцатых годов в Германии, где познакомилась со своим героем и стала частью его клики. Она была безумно в него влюблена, хотя Гитлер, вероятно, смотрел на нее как на простое развлечение. Это была трагедия замедленного действия.
– В 1939 году, когда Англия и Франция объявили войну Германии, безнадежно влюбленная Юнити отправилась в Английский сад в центре Мюнхена, приложила к голове крошечный пистолет и попыталась вышибить себе мозги. Пистолету не хватило мощности, чтобы убить ее наповал, но пуля застряла у нее в мозгу и вызвала необратимые повреждения. Ее доставили в городскую больницу, где она оставалась без сознания в течение нескольких недель. Она не умерла, хотя, возможно, это было бы милосерднее.
– Гитлер приказал не освещать эту историю в новостях и отправил Юнити в клинику в Швейцарии. Несколько месяцев спустя родители забрали ее и привезли домой в Англию на «скорой помощи». У Юнити был поврежден мозг, она была практически парализована, а умственное развитие застопорилось на уровне двенадцати лет. Ее зацикленность на Гитлере сменилась религиозной манией… Вероятно, по этой причине она отказалась от аборта.
Кейт чуть не фыркнула в свой поднятый бокал.
– Она была беременна?
–
– Прости, – извинилась Кейт, утирая рот салфеткой. – Ты застала меня врасплох. Так ты говоришь?..
Глория кивнула.
– В то время уверенности не было – несмотря на дикую репутацию своих сестер, Юнити казалась вполне невинной. Но есть подозрение, что отцом ребенка был Гитлер.
–
–
Кейт сокрушенно подняла руку и снова извинилась.
– Прости, Гло, но это
– Так и есть, и теперь ты одна из немногих людей, которые знают об этом. Я должна тебе доверять.
Кейт коротко кивнула.
– Конечно, – спокойно и искренне сказала она. – Итак… итак, если аборта не было, то что же случилось с ребенком?
Глория отпила еще шампанского, прежде чем говорить.
– Как следует ожидать, беременность Юнити была на довольно поздней стадии, так что все были сосредоточены на увечье, которое она себе нанесла, и причине болезни, которая неизбежно должна была последовать.
Она опустила на мгновение взгляд.
– И вот теперь эта история становится особенно интересной, Кейт.
– Еще больше? – Кейт думала, что ее ничто уже не сможет удивить. Но у нее возникло подозрение, поднимавшееся из подсознания, как смутно запомнившийся сон. Они начали этот разговор с Рудольфа Гесса, заместителя Гитлера.
