– Милиция тут не поможет. Участковый сам его боится.
– Кого? Вора?
– Нашего соседа, который нам жизнь портит уж сколько времени.
– Думаешь на Леопольда?
– Знаю, что это он постарался, – твердо произнесла бабушка Лида. – Сегодня видела, как он из нашей комнаты выходил. Я с кухни возвращаюсь, а он из моей комнаты выходит. Я еще удивилась, что это такое, а он глаз не опустил и начал мне объяснять, что ходил меня искать. Будто бы не слышно, что я на кухне вожусь.
– И зачем приходил?
– Будто бы спросить чего-то хотел, а чего спросить, то и забыл. Ушел он, а у меня сердце не на месте. Как стукнуло меня, сунулась я тайник проверить, а там пусто.
– Откуда же он узнал, где искать?
– Может, Ида проболталась. Она-то знала, где у нас золотишко хранится.
– И зачем бы она ему стала рассказывать?
– Спросил, она и сказала. Без дурного умысла, конечно. Она же как слепая ходит в последнее время. Совсем ничего замечать не хочет за своим сожителем.
– Все-таки, может, это еще и не он.
Бабушка Лида собралась что-то ответить своим родственникам, но не успела. В дверь позвонили.
– Пришли! – встрепенулась старушка. – Давно пора!
– Ты кого-то ждешь?
– Сейчас сами все увидите. Ждите меня тут!
За дверью стояла группа милиционеров. Бабушка Лида вышла к ним на лестничную клетку и внимательно осмотрела. Недотепы участкового, побоявшегося связаться с Леопольдом, с ними не было. Только двое из пришедших были в форме, остальные в штатском. Но их выдавала осанка и выправка, которая бывает лишь у военных и следователей. Да еще решительный взгляд.
– Гражданка Казюлина? – спросил один из «штатских» у бабушки.
– Я это!
– Ваш сосед дома?
– Да. В комнате сидит.
– В какой?
– Вон в той.
– Значит, сделаем так. Сейчас вы возвращаетесь к себе, а когда понадобится, мы вас позовем. Вполне возможно, что сигнал ваш окажется ложным. Тогда, вы уж извините, вам штраф придется выписать.
– Я готова!
Бабушка поспешила назад к своей семье, продолжавшей ужинать.
– Кто там пришел? – спросила Оленька.
Бабушка хранила молчание. Но вскоре все выяснилось и без ее слов. В соседней комнате раздались громкие крики и топот ног.
– Я боевой офицер! Награды Родины имею! А ты, сопляк, мальчишка, смеешь мне указывать!
Это возмущался Леопольд. Голос его был хорошо слышен, точно так же, как и голоса еще нескольких мужчин.
– Мама, кто эти люди? Это же не милиция.
– Что твоя милиция может? Бери выше.
– Не понял.
